«Мы ускорим появление в России новых технологий»
Материалы выпуска
Маркировка на будущее Решения «Консультация врача в ортосалоне — ключевая в принятии решения о покупке» Компетенция «Мы ускорим появление в России новых технологий» Инструменты
Инструменты
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

«Мы ускорим появление в России новых технологий»

О роли человеческого фактора в модернизации системы здравоохранения РБК+ рассказал первый заместитель генерального директора Фонда Международного медицинского кластера (ММК) Ильдар Хайруллин.
Фото: Анастасия Цайдер для РБК

— Какие, на ваш взгляд, проблемы и вызовы стоят сегодня перед системой здравоохранения?

— В рамках общенациональной системы здравоохранения необходимо понимать разницу между общественным здоровьем (public health) и медициной (health care). У нас эти понятия часто путают. В мире принято их разделять.

Общественное здоровье зависит от четырех основных составляющих: от политики* и культуры государства, общества в этих вопросах (policy); от человека (person) и его привычек (что он ест, пьет, какой физической активностью занимается, как борется со стрессом, какой микроклимат в его квартире и отношения в семье); условий, созданных на уровне двора, муниципалитета, населенного пункта (спортивные площадки, возможность ездить на велосипеде, наличие зон отдыха, чистота воздуха и воды — public) и соблюдения норм охраны труда и здоровья на производстве (plant).

Медицина — этап, который занимается уже не здоровым человеком, а пациентом, то есть больным. До сих пор в нашем обществе было принято считать, что за здоровье человека отвечает исключительно система здравоохранения. Но сегодня акценты меняются. Задача политики государства в области общественного здоровья заключается в том, чтобы заработали все четыре основных фактора охраны здоровья — ответственность человека, региона, государства и работодателя. Вклад образа жизни человека в увеличение ее продолжительности, по оценке ученых, может достигать 80%. Таким образом, относительно небольшие вложения в развитие системы общественного здоровья могут дать существенный эффект. Например, в скандинавских странах, в частности в Финляндии, это позволило добиться серьезного снижения сердечно-сосудистых заболеваний.

Россия занимает 116-е место из 191 страны по уровню средней продолжительности жизни. У нас хронические неинфекционные заболевания являются причиной 80% смертей, в то время как в мире смертность от этого типа заболеваний значительно ниже. Большинство из них можно предотвратить или отсрочить их развитие, сведя на нет такие факторы риска, как употребление табака и алкоголя, нездоровое питание, отсутствие физической активности, стресс.

В отличие от профилактических мер система медицинской помощи требует гораздо больших затрат. Причем чем сложнее ситуация, тем дороже лечение. Поэтому и с точки зрения системы здравоохранения стоит задача развить компетенции первичного звена медицины, повысить квалификацию и роль врачей общей практики, сформировать у людей культуру регулярных чекапов, диспансеризации, позволяющих диагностировать предрасположенность к тому или иному заболеванию на ранней стадии.

— Какова роль международного медкластера в этом процессе?

— Мы создаем на территории кластера модель оказания медицинских услуг в соответствии с международными стандартами. В частности, наш первый участник — израильский медицинский центр «Хадасса» уже начал работу в медкластере. «Хадасса» специализируется на многосторонней диагностике состояния здоровья (чекап), ранней диагностике заболеваний.

Но главный блок вопросов, который мы решаем, связан с развитием так называемой трансляционной медицины — внедрением в практическую медицину всех последних научных достижений.

Например, большинство заболеваний заложены в геноме человека. И если мы знаем генетический профиль здорового гражданина и те возможные мутации, которые у него есть, мы понимаем, какие заболевания у него будут развиваться. Исходя из этого выстраивается соответствующая программа чекапов. Например, знание, что мутации генов BRCA, которые уже называют «генами Анджелины Джоли», с большой долей вероятности приводят к раку молочной железы и яичников, позволит проводить обследование у их носителей — здоровых граждан не раз в три года, как того требует диспансеризация, а ежегодно. Выявление генетической предрасположенности к другим серьезным заболеваниям (обменным нарушениям, диабету, сердечно-сосудистым нарушениям) позволит корректировать образ жизни человека, чтобы снижать вероятность развития болезни.

Чтобы стимулировать научные разработки и ускорить процесс их внедрения и в медицинскую практику и в практику обучения молодых врачей, на территории ИЦ «Сколково» будет создан технологический парк. На его территории в 19,5 гектаров будут работать медицинский центр последипломного образования, лаборатории НИОКР, центры трансфера технологий и опытные производства.

Совмещение функционала медицинского кластера с возможностями технопарка позволит участникам не только продолжить вести на новом уровне уже существующие разработки, но и генерировать абсолютно свежие научные идеи.

Единый образовательный оператор, который будет выбран, сможет самостоятельно выстроить свою деятельность: укомплектует международный кадровый состав, будет осуществлять отбор слушателей на коммерческой или грантовой основе, определять формат и программу обучения.

Планируется, что заключать необходимые партнерства он будет и с медицинскими участниками ММК, и с российскими образовательными и медицинскими центрами. Не исключено, что образовательный проект ММК в будущем позволит студентам получить полноценное медицинское образование по программе двойного диплома.

Лаборатории R&D и производства будут специализироваться на двух основных направлениях: живые системы и медицинский инжиниринг.

— Специалисты говорят, что регистрация диагностического набора, позволяющего выявлять только один маркер, потребует не менее года, не говоря уже о сложном онкотесте. Что ускорит выход новых технологий на наш рынок?

— Медицинские технологии развиваются очень быстро, а их регистрация в России действительно занимает порой несколько лет. Мы стремимся сократить время, за которое полезные подтвержденные технологии проходят путь до их практического применения в России. Поэтому задача кластера в том, чтобы зарубежные участники внедряли тут свои технологии: у нас создана возможность использовать препараты и оборудование, еще не зарегистрированные в РФ, но доказавшие свою эффективность в странах ОЭСР. Внедрение инновационных технологий в процесс лечения на территории страны наглядно покажет, насколько важно ускорить регистрацию эффективных методик. Мы обсуждаем методологию ускоренной регистрации и тесно сотрудничаем с Росздравнадзором в этом вопросе.

— Какова методология выбора резидентов кластера? Насколько нозология, на которой специализируется клиника, влияет на выбор участника?

— Перед созданием медкластера мы совместно с The Boston Consulting Group изучали вопросы, которые требуют системных решений со стороны организаторов здравоохранения. Естественно, в числе востребованных нозологий оказались онкология и кардиология, уровень смертности от которых в нашей стране достаточно высокий.

В целом только по официальным данным около 200 тыс. россиян ежегодно выезжают лечиться за рубеж, где им могут предложить технологии, недоступные в России. Наиболее популярные страны для медицинского туризма — Израиль, Германия, Франция. Растет интерес к Южной Корее, куда сегодня едут лечиться жители Урала и Сибири.

Больные онкопатологией составляют 33% всех обращающихся за зарубежной медицинской помощью. Поэтому одна из наших целей заключается в привлечении ведущих клиник с передовыми технологиями в этой области. Например, наш следующий участник — южнокорейский госпиталь «Бундан» (Bundang) показывает блестящие результаты в хирургической онкологии: 99,3% — уровень пятилетней выживаемости с раком предстательной железы, 88% — уровень пятилетней выживаемости с раком легких первой стадии, хирурги госпиталя показывают минимальный процент осложнений после операции — 0,5%.

С учетом потребностей российской системы здравоохранения в кластере будут работать также клиники со специализацией на гастроэнтерологии, ортопедии, реабилитации, женском здоровье, урологии, педиатрии. При выборе резидентов кластера мы ориентируемся и на страну происхождения, и на их место в авторитетных медицинских рейтингах, и на результаты работы. Кроме того, задача медкластера — сформировать модели будущего в том числе и для западной медицины.

— С кем вы будете сотрудничать в рамках медицинского технопарка ММК?

— Отбор резидентов технопарка учитывает соответствие их профиля направлениям развития кластера в целом. Помимо проектов трансфера технологий из стран ОЭСР мы приглашаем к сотрудничеству российские высокотехнологичные компании. Меморандум о сотрудничестве подписан с биотехнологической компанией «Институт стволовых клеток человека», широкопрофильным исследовательским биобанком «Национальный биосервис», компаниями «Симбиотех» и ICLO, итальянским Институтом анатомии человека.

— Есть ли необходимость в подготовке и переподготовке медперсонала для работы в медкластере?

— В наших клиниках будет работать от 10 до 20% иностранных врачей, но большинство медперсонала — российские специалисты. Причем контракт с партнером предусматривает обязательную стажировку врача продолжительностью не менее полугода в головных госпиталях. Трансфер технологий начинается уже на уровне персонала клиник: люди начинают работать по тем правилам, которые установлены в развитых экономиках, и потом будут передавать этот опыт другим лечебным учреждения сначала Москвы, а потом и всей России.

Наши партнеры уже на стадии проектирования госпиталей задумываются об отборе и обучении российских врачей и среднего медперсонала. «Бундан», в частности, ведет переговоры с городским департаментом здравоохранения о введении специальных курсов на базе медучилищ по подготовке медсестер под нужды госпиталя. Роль среднего медперсонала за рубежом значительно выше, чем в российской практике: у медсестер значительно больше полномочий и ответственности при принятии решений, они работают в тесном взаимодействии с врачом. У нас медсестра — пока только руки врача. Международные стандарты требуют повышения уровня и престижа этой профессии.

У нас предусмотрены курсы медицинского английского и обучение управленцев в области здравоохранения. Увеличение проникновения английского в сообществе расширит доступ к первоисточникам науки, а подготовка менеджеров позволит научиться грамотно выстраивать внутрибольничные процессы.