Анна Касьяненко: «Производство молока — развивающаяся отрасль»
Решения
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.

Анна Касьяненко: «Производство молока — развивающаяся отрасль»

Генеральный директор сельскохозяйственной компании «СКВО» Анна Касьяненко рассказала РБК Ростов о работе современного сельхозпредприятия

 — Несмотря на то, что поголовье крупного рогатого скота незначительно растет, многие эксперты сходятся во мнении, что сейчас на Дону животноводство скорее стагнирует. Вы с этим согласны?

— В течение последних нескольких лет производство молока действительно становилось менее рентабельным из-за роста цен на корма и расходов на содержание животных на фоне неизменных цен на готовую продукцию.

К примеру, на нашем предприятии поголовье крупного рогатого скота растет каждый год — в прошлом году стадо насчитывало 2 тыс. животных, планы на этот год — довести показатель до 2,5 тыс. голов. При этом в 2018 году мы отгрузили 7,7 тыс. тонн молока, а в этом планируем отгрузить почти в два раза больше — 11,4 тыс. тонн. Основные покупатели — молочные комбинаты Ростовской области и юга России, которые реализуют уже готовую к потреблению продукцию.

— Какой была доходность молочного производства «СКВО» в прошлом году?

— Для меня в данный момент молочное производство — это развивающаяся отрасль в нашем хозяйстве. Доход пока не настолько высок, как хотелось бы. Но я рада, что мы можем заниматься дальнейшим продвижением при поддержке правительства и Минсельхоза Ростовской области.

Поставки в нашу страну импортного молока низкого качества по низкой цене вынуждают производителей снижать отпускные цены, что грозит не только снижением рентабельности, но и получением прямых убытков. Кроме этого, на цену молока влияет использование некоторыми производителями фальсификата — того, что не является молоком в привычном понимании. Они снижают этим себестоимость продукта, а нам — цену реализации.

— Не планируете отказаться от этого направления работы?

— Наоборот, стремимся вывести на стабильный уровень доходности. Это направление поднимал мой отец, строил с нуля (Владимир Касьяненко, возглавлял «СКВО» с 1989 года — прим. ред.). Мы не можем влиять на цены, но можем влиять на свою себестоимость — и сейчас работаем именно над этим. Пополняем стадо, увеличиваем общий надой, улучшаем условия содержания животных и т.д.

Власти донского региона неоднократно заявляли о поддержке животноводства — в частности, в этом году на субсидии для сельхозпроизводителей выделили 180 млн руб. Вы пользовались такими видами поддержки?

Да, мы активно пользуемся субсидиями и помощью государства. Несмотря на то, что СЗАО «СКВО» обладает достаточными ресурсами, субсидии являются хорошей поддержкой производства. Например, в прошлом году на возмещение части затрат на один литр реализованного молока мы получили 8 млн руб. Объем всей поддержки при этом составил 62,1 млн руб. — наибольшая сумма с 2015 года.

С получением господдержки особых проблем нет, за исключением бюрократических процедур, но с ними наши специалисты справляются достаточно успешно.

— Прошлым летом было зафиксировано падение цен на пшеницу. Какие прогнозы на этот год — цена продолжит снижаться или может вырасти?

— В настоящий момент, когда урожай только начали убирать, сложно что-либо спрогнозировать. Зерновой рынок не отличается стабильностью. На ценообразование на сельхозпродукцию влияют различные факторы. Это количество и качество собранного валового урожая, и не только в России, но и в ближнем и дальнем зарубежье, валютный курс рубля, стоимость доставки к покупателю, мировые цены. Даже заблаговременно озвученный прогноз может повлиять на ценообразование.

Конечно, мы сотрудничаем с компаниями, анализирующими рынок, но окончательные прогнозы, как правило, складываются после коммуникации с крупными игроками — трейдерами. Конкретно сказать, например, что в сентябре цена будет 10 руб., а через месяц — 14, мы не можем.

Если ориентироваться только на мои наблюдения в первую очередь как производителя — год будет не хуже прошлого. Но это оценка на сегодняшний день — не дай бог, завтра какое-нибудь стихийное бедствие, тогда ситуация окажется гораздо печальнее. Мне кажется, что цена на зерно будет ниже, чем в прошлом году — здесь прямая корреляция с объемом производства. Однако можно говорить о том, что, возможно, будет спрос на пшеницу хорошего качества, начиная с третьего класса — по некоторым данным, в этом году у производителей будут именно проблемы с качеством зерна из-за тяжелых погодных условий, который были зимой и весной.

— Какова сейчас площадь ваших посевов?

— В 2019 году общая площадь посевов «СКВО» составила 16,3 тыс. га. Мы производим зернобобовые: ячмень, горох, кукурузу — это в первую очередь, кормовые культуры. Мы сами себя ими обеспечиваем. Главной культурой, как и для большинства сельскохозяйственных предприятий юга России, для нас остается озимая пшеница — она занимает половину посевной площади и является основой нашего экспорта.

— Сколько пшеницы вы получаете в среднем после сбора?

— Валовый сбор пшеницы составляет в среднем не менее 45 тыс. тонн. В зависимости от урожайности этот показатель может достигать и 53 тыс. тонн. В основном это зерно третьего класса.

В этом году планируем собрать не менее 45,5 тыс. тонн. Если погодные условия будут благоприятными, то можно рассчитывать и на более высокий урожай.

— Как вы реализуете зерновые?

— Если говорить о нашем регионе в целом, то большая часть сельхозпродукции идет на экспорт благодаря близости речных и морских отгрузочных терминалов. Практически до 100% собранной пшеницы, не считая зерна для собственных нужд, мы либо отгружаем на экспорт собственноручно, либо реализуем крупным компаниям-экспортерам. В первом случае мы заключаем валютный договор напрямую с зарубежной компанией, которая ставит в порт свой корабль, мы его заполняем. Основные покупатели — Турция, Египет и европейские страны, например, твердые сорта пшеницы мы поставляли в Италию. Во втором случае подписывается рублевый контракт с крупными экспортерами области.

— Прошлым летом в России резко выросла стоимость топлива, из-за чего сельхозпроизводители говорили о необходимости повышать цены на свою продукцию, а кто-то просто подсчитывал убытки. Как на вашем предприятии отразился скачок цен на топливо?

— Топливо - это, безусловно, проблема, но она относится к разряду тех, с которыми нужно просто научиться работать. Мы с этой ситуацией ничего сделать не сможем, остается только продолжать идти к поставленным целям.

Поэтому у себя на предприятии мы пошли по пути централизации наших ремонтных мастерских — построили еще одно ремонтное отделение с целью упрощения логистики по территории хозяйства. Это позволило существенно сократить издержки такого плана. Кроме того, мы приобретаем более мощную, производительную технику, что тоже снижает накладные расходы.

— В интервью другим изданиям вы упоминали, что провели модернизацию технопарка предприятия. Сколько средств на это ушло?

— В прошлом году мы существенно обновили автотранспорт — закупили 28 новых машин, приобрели еще три трактора, два комбайна и четыре бороны. Вложили в это 133,9 млн руб. Всего с 2015 года мы вложили в обновление технопарка более полумиллиарда собственных средств. Обновили не менее 1/3 используемой сельхозтехники.

— Сейчас большое внимание в нашей стране уделяется импортозамещению во всех сферах жизни. В связи с этим вопрос — какое оборудование вы чаще выбираете: российское или зарубежное?

Для выполнения основных технологических операций мы приобретаем в основном импортную технику. Да, она дороже отечественной, но и надежней и является более производительной. К сожалению, отечественные поставщики оборудования в целях снижения цен прибегают к снижению качества продукции.

— Вообще импортозамещение в сельском хозяйстве возможно?

— Если так сложится, что надо будет замещать — будем замещать. Но если сейчас у нас есть возможность вложиться и получить бережливое производство, соответственно, мы это делаем.

В качестве примера, у нас сейчас работают комбайны и тракторы, которые мой отец завез более 20 лет назад и они по сей день в строю. Это американская техника, до сих пор с оригинальными запчастями, с деревянными подшипниками. К сожалению, не вся российская техника может таким похвастаться.

При этом нельзя сказать, что у нас все плохо, а за рубежом все хорошо, или наоборот. Если семена подсолнечника мы приобретаем импортные, потому что они генетически более устойчивы к различного вида болезням, то элитные семена пшеницы мы закупаем у отечественных семеноводов. А вообще, каждый руководитель сам определяет с каким набором техники и материалов ему работать, в зависимости от того, какие производственные цели он преследует. Мы, например, боремся за качество нашей продукции.