«Несколько лет назад мы поняли — необходимо меняться»
Новости партнеров,
0

«Несколько лет назад мы поняли — необходимо меняться»

В 2020 году компания «Сибагро» начала масштабный ребрендинг и уже в этом году вывела на полки в магазинах новую торговую марку. Об итогах работы и планах рассказывает председатель правления «Сибагро» Андрей Тютюшев.
Фото: пресс-служба

— 2020 год отечественный бизнес оценивает в целом критично, но в сельском хозяйстве в прошлом году ситуация складывалась иначе. Вы довольны итогами года?

— Мы довольны результатом, поскольку изначально 2020 год ожидался для отечественных свиноводов плохим. К началу прошлого года мы подошли с перепроизводством свинины в стране. Но на отрасль положительно повлияли два обстоятельства. Первое: из-за пандемии люди летом остались в стране, поэтому спрос на свинину не упал, а, наоборот, даже вырос. Второе: мы открыли новые направления экспорта свинины, прежде всего Вьетнам. Мы готовились к выходу на этот рынок, но были определенные опасения. Однако экспорт пошел.

— Для многих отечественных компаний 2020 год стал худшим. Но компания «Сибагро» во втором квартале свои показатели даже улучшила. Более того, вы не стали пересматривать свои инвестиционные планы.

— Мы, наоборот, продолжали наращивать объем своих инвестиционных проектов. Это справедливо для отрасли в целом. Мало кто из производителей сельскохозяйственной продукции в прошлом году изменил свою инвестиционную стратегию.

Наши инвестиции направлены в первую очередь на увеличение эффективности действующего производства и снижение себестоимости. Мы продолжим строительство собственных комбикормовых заводов и будем интенсивнее развивать растениеводство. У нас нет планов по строительству новых свинокомплексов с нуля. Единственный регион, где в этом году мы будем строить, — Республика Бурятия. И большой проект, который в этом году мы должны начать, связан со строительством завода глубокой переработки зерна и производства биопластика «Биотех» в Красноярском крае.

— Вы сдвинули сроки по строительству этого завода на год или два. С чем это связано?

— Проект движется не так быстро, как мы хотели бы, по объективным причинам. Речь идет о совершенно новом для России производстве. Я говорю не только о продукции, но и о технологии ее производства. Таких заводов в мире всего три — в Таиланде, США и Китае. Но все они производят несколько другой продукт и из другого сырья.

— В этом году вы начинаете строительство?

— В этом году мы начинаем реальное проектирование. У нас готов предпроект завода. Это что-то вроде технического задания. В прошлом году мы на площадке в Красноярском крае сделали большую работу по геологии, геодезии и оформлению участка под строительство. И потратили много времени на работу с производителями оборудования, обсуждая технологию производства.

В этом году у нас будет проект, а строительство начнется в 2022 году, но только после того, как мы подпишем соглашение о совместной деятельности с правительством края и Федерацией. Потому что очень многие проекты, связанные с необходимостью государственной поддержки, до сих пор у нас реализовывались на уровне простых обещаний чиновников. У нас масса примеров, когда региональные правительства просто переставали выполнять свои обязательства. Поэтому сначала мы должны подписать соглашение о совместной деятельности, которое будет иметь юридические гарантии по всем обязательствам всех сторон. Сама поддержка может выражаться в разных формах. Чаще всего государство берет на себя расходы, связанные со строительством инфраструктуры.

— Вернемся к экспорту. В какие страны в прошлом году «Сибагро» открыло экспорт кроме Вьетнама?

— Экспортировать мы начали еще в 2019 году. Сегодня страны экспорта — это Вьетнам, Казахстан, Монголия и Белоруссия.

— Объемы поставок менялись в течение прошлого года?

— В течение года они росли. И по сравнению с началом года выросли кратно. Если в январе—феврале прошлого года мы отгружали примерно по 200 т, то в четвертом квартале уже больше 1000 т в месяц. Это даже с учетом того, что Монголия в декабре закрылась из-за пандемии и мы туда уже ничего не поставляли. За год мы увеличили экспорт свинины в пять раз.

— Какие ожидания от экспорта в 2021 году? Он продолжит расти?

— При условии, что в этом году зафиксируется цена 150 руб. за 1 кг в пересчете на тушу. Это цена отсечения по свинине, когда ее выгодно везти на экспорт.

— В 2020 году отечественные производители свинины столкнулись с резким ростом себестоимости производства. Это связано с девальвацией?

— У нас себестоимость производства свинины во второй половине года выросла более чем на 30%. На это повлияло два фактора. Первый — это, конечно, ослабление рубля. Второй — рост мировых цен на продовольствие. Это касается и пшеницы, которая подорожала в полтора раза, и масличных. Упадут ли цены в новом году, пока непонятно. Но, поскольку себестоимость у нас состоит не только из кормовых составляющих, я говорю о 30%.

— В связи с пандемией в 2020 году и на федеральном, и на региональных уровнях были разработаны различные программы мер господдержки. Но бизнес все равно жаловался, что этого недостаточно и реальной поддержки большинство компаний не получают. Вы считаете, государство в достаточной мере помогло бизнесу пережить кризис?

— Новых мер поддержки для нашей отрасли не было. Единственное, что я могу отметить, связано с финансовой сферой. За 20 лет, что существует наша компания, это был единственный кризис, в котором не было снижения ликвидности и в котором снижались процентные ставки по кредитам. Правительство каким-то образом поддержало инвестиционную активность на рынке. Для нашего бизнеса это крайне положительный факт. Любые инвестиции в нашей отрасли — длинные. И, несмотря на разговоры о кризисе, банки активно продолжали предлагать нам эти деньги на условиях 6–7% годовых. А это уже нормально даже для сельского хозяйства.

— А на региональном уровне?

— Ни о каких особых мерах поддержки со стороны региональных властей крупному бизнесу речь сегодня не идет. Она все-таки более ориентирована на мелкий и средний бизнес — крестьянское (фермерское) хозяйство, кооперативы, фермы.

— В прошлом году ваша компания серьезно увеличила свое присутствие в бизнесе, связанном с растениеводством, сразу в нескольких регионах Сибири и на Урале. Насколько закрывает ваши потребности в пшенице тот объем, который вы производите сами для внутреннего потребления?

— Мы существенно прирастили объемы производства зерна. Общая площадь посевных земель по пяти регионам у нас в прошлом году составила около 65 тыс. га. По итогам уборочной кампании 2020 года урожайность у нас везде показала рост, наши показатели выше среднерегиональных. Но этого нам недостаточно. В прошлом году мы потребили порядка 500 тыс. т, а вырастили 200 тыс. т. Поэтому в следующем году мы засеем уже больше 100 тыс. га.

— Есть цель закрыть все потребности по пшенице самим?

— Задача — достигнуть 80%. Столько в объеме собственного потребления мы должны выращивать сами. У нас и на этот год по зерновым большие планы. Мы практически в два раза увеличиваем объем производства зерна. Приобрели новые земли в нескольких регионах присутствия. Прежде всего это Кузбасс и Томская область. В Томске мы в этом году растениеводством начинаем заниматься серьезно, для этого уже приобретаем порядка 20 тыс. га земель. В оборот мы их введем уже в этом году, но сеять начнем только в 2022 году. Эти земли долго не обрабатывались, по правилам севооборота их нужно подготовить. Есть договоренности по новым землям в Красноярском крае. Планируем увеличить свои посевные площади и в Новосибирской, а также Свердловской областях, но пока рассматриваем варианты.

— В прошлом году холдинг «Сибагро» начал масштабный ребрендинг и разработал новую продуктовую стратегию. Как вы оцениваете промежуточные итоги этого процесса?

— Процесс запущен. Мы объединяем все бренды, чтобы сделать узнаваемым единый бренд «Сибагро». Пока он будет только за Уралом. Поскольку у нас было несколько десятков брендов в разных регионах, были опасения, что убедить потребителей будет не просто. Но мы прилагаем к этому усилия. Объективно говоря, Сибирская аграрная группа в том виде, в котором она была год назад с набором региональных брендов и ассортимента, устарела. Несколько лет назад мы поняли — необходимо меняться. И чем дальше, тем мне больше нравится эта история.

В этом году наше основное направление — выход на рынок охлажденных полуфабрикатов. Задача простая: потребитель на полке в магазине рядом с курицей должен увидеть охлажденную свинину.

— Когда ожидаете эффект от ребрендинга в виде роста основных физических показателей?

— Во втором квартале. Охлажденное мясо «Сибагро» уже на полках в магазинах. Колбаса под новой маркой появится во втором квартале. Задача не просто избавиться от десятка торговых марок и сделать одну. Мы полностью пересмотрели ассортимент продукции, которую выпускают наши предприятия. Маркетинговая служба провела большую работу. Начиная со второго квартала мы вводим специализацию производственных площадок, чтобы делать продукцию с меньшими затратами.

— Вы упомянули про Урал как границу, по которой проходит рынок холдинга «Сибагро». Рынок европейской части страны вас не интересует? Ваша продукция там как-то представлена?

— Мы никогда раньше не пытались перешагнуть Уральский хребет со своим ассортиментом. Наш рынок всегда был здесь — в Сибири. А Сибирь, как вы знаете, — это Урал, Алтай, Западная и Восточная Сибирь, Камчатка, Приморье. Но, думаю, что приходит время двинуться западнее от Урала. Нас интересуют не продажи и рынки, а действующие производства в европейской части страны. Покупая предприятие, ты покупаешь то, что оно производит, вместе с рынком.

— Есть конкретные планы по покупке?

— Скорее конкретная экономическая конъюнктура. Я уже говорил, что перепроизводство свинины и рост себестоимости по сырью серьезно усложнили экономику свиноводческих компаний. Плюс к этому в центральной России цены на свинину ниже, чем за Уралом. Так что, думаю, уже в этом году там будет немало компаний, владельцы которых задумаются о продаже бизнеса. Во многих вещах мы уже переросли свой традиционный рынок. Поэтому в 2021 году искусственно ограничивать его Уральским хребтом точно не собираемся. 

На правах рекламы