«У России есть потенциал для развития ИИ в медицине»
Материалы выпуска
Цифровизация сделает здравоохранение эффективным Решения «У России есть потенциал для развития ИИ в медицине» Инновации «Качественная бизнес-аналитика — конкурентное преимущество в фарме» Инструменты
Инновации
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

«У России есть потенциал для развития ИИ в медицине»

Что будет стимулировать внедрение новых технологий в практику врачей, РБК+ рассказал заместитель генерального директора Philips по цифровому здравоохранению в России и СНГ Дмитрий Лисогор.
Фото: пресс-служба

— Какие медицинские технологии наиболее востребованы в российском здравоохранении?

— Пандемия вызвала интерес к телемедицинским технологиям и выявила необходимость их внедрения. Закон о телемедицине вступил в силу два года назад, тем не менее распространение вируса заставило задуматься о его доработке. В частности, речь шла о расширении применения этих технологий для удаленного оказания услуг в чрезвычайных ситуациях. Рассматривалась даже возможность первичного приема и постановки диагноза в дистанционном режиме.

В период пандемии телемедицина в первую очередь нужна для снижения количества лишних контактов как пациента с врачом, так и между врачами. Подобные технологии дают возможность удаленного консультирования и наблюдения за пациентами, которые не находятся в критическом состоянии.

В телемедицине формата «врач — врач» на первый план выходят такие сценарии, как удаленное описание медицинских изображений. В частности, в ГБУЗ «Научно-практический клинический центр диагностики и телемедицинских технологий департамента здравоохранения города Москвы» активно работали с изображениями, полученными в результате КТ легких в учреждениях Москвы. Эксперты центра помогали врачам находить изменения, характерные для COVID-19, если специалисты клиник не справлялись с потоком пациентов или им не хватало определенных компетенций.

Другой важный момент — получение данных удаленно из «красной» зоны больницы, где находятся пациенты с COVID-19. Телемедицина помогает врачам экономить время и комплекты средств индивидуальной защиты: данные мониторинга автоматически передаются на рабочую станцию в «чистой» зоне. Таким образом, количество входов в «красную» зону минимизируется.

— Какие задачи в первую очередь позволит решить телемедицина в повседневной клинической практике?

— Телемедицина дает возможность сократить количество очных контактов в медицинских учреждениях. Это снижает риск заражения не только коронавирусом, но и другими инфекционными заболеваниями.

Кроме того, телемедицина способна обеспечить преемственность между разными звеньями системы здравоохранения. Как правило, зона ответственности больницы заканчивается после того, как пациент выписывается из стационара. Но многие процессы выздоровления — например, восстановление после оперативного вмешательства — требуют постоянного наблюдения. Телемедицина помогает обеспечить такой контроль.

В случае с тяжелыми онкологическими заболеваниями оценка состояния пациента после выписки требует наблюдения в течение долгого времени — на протяжении нескольких месяцев и дольше. Телемедицина дает возможность длительного взаимодействия с пациентом, постоянного мониторинга его состояния, в том числе обеспечивая профилактический подход к лечению: врач может своевременно заметить ухудшение состояния больного и предотвратить обострение болезни.

— Можно ли рассчитывать, что развитие телемедицины повысит уровень медицинской экспертизы в регионах?

— Внедрение технологий не даст всем врачам одинаковый опыт, но точно обеспечит пациентам доступ к высокотехнологичной и высококвалифицированной медицинской помощи. Например, опытные рентгенологи, патоморфологи, радиологи — достаточно редкие специалисты. Сценарий телемедицины «врач — врач» позволяет им делиться врачебной экспертизой с коллегами. В частности, национальный проект «Здравоохранение» предусматривает создание в стране сети референсных центров, которые действуют на базе крупных федеральных учреждений для контроля за кардиологическими, патоморфологическими и лучевыми исследованиями. Их задача — предоставлять второе мнение по диагнозам, поставленным в регионах, помогать врачам в уточнении заключений врачей.

Кроме того, в Южно-Сахалинске, Рязани, Москве и других регионах на основе нашего ИТ-решения работают радиологические сети и региональные экспертные центры в области анализа медицинских изображений. Через эти единые информационные системы врачи из лечебных учреждений региона также могут запросить второе мнение более опытных коллег.

— Москва в рамках эксперимента начала внедрять технологии искусственного интеллекта (ИИ) в процесс диагностики онкологических заболеваний. Означает ли это, что ИИ получит более широкое применение?

— Эксперимент, который проводится в Москве, — знаковый для отрасли. По сути, это старт для более широкого использования технологий в медицинской практике. Одно дело, когда решения на основе искусственного интеллекта внедряются на базе одного медицинского центра, который принимает 20–30 пациентов в день, и другое — поток пациентов городской системы здравоохранения. Использовать решения на таких объемах — это действительно уникальный опыт.

Philips является участником этого эксперимента, и сегодня наши решения на основе ИИ применяются в работе с московскими пациентами. Первый опыт использования подобных технологий в Москве был связан с диагностикой рака легких и выявлением рака молочной железы. Со временем планируется реализовать подобные проекты и в сфере кардиологической помощи, в работе с заболеваниями нервной системы и другими патологиями.

В целом масштабное применение искусственного интеллекта в медицине все-таки еще хотя и ближайшее, но будущее.

Медицина — одна из наиболее консервативных сфер, по объективным причинам она строго регулируется. Поэтому технологиям предстоит пройти серьезную проверку на точность и безопасность для пациентов.

США, Китай, европейские страны активно инвестируют в подобные решения. Россия не сильно отстает от лидирующих стран по применению ИИ: здесь есть хорошие перспективы для развития таких технологий. В частности, это связано с большим количеством профильных ИТ-специалистов и высоким уровнем их знаний.

— Стоимость технологий является сдерживающим фактором для внедрения ИИ?

— Мы находимся на том этапе использования технологий ИИ, когда самое важное — понять их клиническую эффективность. Когда она станет ясна, можно будет говорить об экономическом аспекте. Но в целом технологии с каждым годом значительно падают в цене: вычислительные мощности, которые нужны для работы ИИ, становятся все более доступными. Не думаю, что стоимость будет барьером для развития и внедрения в медицинскую практику технологий на базе искусственного интеллекта.

— Что сдерживает внедрение телемедицинских технологий в России?

— Существуют законодательные ограничения. Так, развитие телемедицины по сценарию «врач — пациент» сдерживается запретом на удаленную постановку диагноза. Конечно, не все заболевания можно диагностировать дистанционно. Но, чтобы отрасль развивалась, нужно расширять практику применения технологий — ввести, например, ограниченный перечень заболеваний, диагноз по которым можно поставить с привлечением телемедицины.

Еще один сдерживающий фактор развития телемедицины для пациентов — отсутствие единой тарифной политики в отношении этих услуг. Тарифообразование зависит от территориального фонда обязательного медицинского страхования (ОМС): в одном регионе, где тариф установлен, услуга может быть оказана, в другом — ее не предоставляют из-за отсутствия финансирования. Чтобы телемедицинские консультации стали доступны всем жителям страны, такой тариф должен быть выделен в системе ОМС.