Стратегия ,  
0 
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.

Рецепты на вырост

Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ
С задачей программы «Фарма 2020» по обеспечению внутреннего рынка отечественными препаратами российские производители справились.
Цели программы «Фарма 2030» сложнее: снизить зависимость страны от импортных фармсубстанций.

Прошлый год стал завершающим для десятилетней программы Минпромторга «Фарма 2020», направленной на развитие российской фармацевтической промышленности. В рамках программы предполагалось, что к 2020 году доля российских лекарств на рынке достигнет 50%, объем экспорта составит 75 млрд руб., а также будут переоборудованы и созданы с нуля предприятия для производства дженериков и инновационных лекарств.

Эти задачи частично оказались действительно выполненными. Согласно данным DSM Group, по итогам 2020 года доля импортных препаратов на российском рынке в натуральном выражении составила лишь 31,4%. Как заявлял министр промышленности и торговли Денис Мантуров, за последние десять лет в стране было построено более 30 фармзаводов. То, что стратегия «Фармы 2020» была рассчитана именно на запуск отечественной фармпромышленности, способной обеспечить российский рынок лекарствами, отмечал еще в 2018 году возглавлявший тогда департамент развития фармацевтической и медицинской промышленности Минпромторга, а ныне советник Дениса Мантурова Алексей Алехин. По его словам, уже тогда каждая вторая обращаемая в стране таблетка была произведена в России.

Количественная терапия

Если говорить об объемах экспорта российских препаратов, то поставленные в рамках «Фармы 2020» задачи достигнуты не были. По последним данным аналитической компании RNC Pharma, объем отгруженных за рубеж российских препаратов за девять месяцев прошлого года составил лишь 40,2 млрд руб. Чтобы наверстать упущенное, власти решили принять дополнительные меры. Так, в мае этого года премьер-министр Михаил Мишустин подписал постановление о выделении субсидий российским фармкомпаниям, поставляющим препараты на экспорт. В нем предполагается, в частности, компенсация до 80% стоимости регистрации лекарств за рубежом. При этом производитель должен будет экспортировать зарегистрированную продукцию на сумму, не менее чем в десять раз превышающую размер господдержки. В 2021 году на эту меру поддержки в бюджете предусмотрено 540 млн руб. На 2022 и 2023 годы — 2,47 млрд и 4,32 млрд руб. соответственно.

Впрочем, и этой меры может оказаться недостаточно. Основная причина малых объемов экспорта российских лекарств в том, что юрисдикция, в которой находятся отечественные компании, пока вне рамок мировой фармацевтической индустрии, заявлял гендиректор Biocad Дмитрий Морозов в интервью РБК. В частности, Россия не входит в состав наблюдателей ICH — Международной конференции по гармонизации технических требований к регистрации лекарственных препаратов для медицинского применения. Существует также ассоциация профессиональных инспекторов PIC/S, и Россия также в нее не входит. В результате российские производители длительное время, до года, ожидают прохождения инспекции и получения регистрационных удостоверений на зарубежных рынках. Исправление этой ситуации, по мнению Дмитрия Морозова, — государственная задача.

Остается открытым и вопрос качества производимых в России препаратов. Нередки случаи жалоб со стороны врачебного и пациентского сообществ на ухудшение состояния больных, ранее получавших лекарства зарубежного производства и перешедших на российские. В частности, неоднократно поднимали эту тему врачи-онкологи. Например, в конце 2019 года специалисты НМИЦ онкологии имени Н.Н. Блохина пожаловались в Минздрав на качество российских дженериков для противоопухолевой и сопроводительной терапии детей. Врачей не устраивала низкая активность препаратов и серьезные побочные эффекты. По их оценкам, причиной такой ситуации может быть то, что локальные компании для выпуска своих препаратов используют преимущественно китайские и индийские субстанции. А их производители, в свою очередь, нацелены на количество, а не на качество. Поэтому одной из ключевых задач новой стратегии, разрабатываемой сейчас Минпромторгом, — «Фарма 2030» — является в том числе развитие производства фармсубстанций внутри страны.

Сырьевые риски

Официально стратегия «Фармы 2030» пока не принята, при этом ее разработкой Минпромторг занимается с 2018 года. В числе ключевых мер — обеспечение фармацевтической отрасли достаточным по номенклатуре и количеству исходным сырьем и материалами локального производства, прежде всего фармацевтическими субстанциями, а также продукцией химического и биологического синтеза, растворителями и катализаторами высокой степени очистки для использования в высокотехнологичных отраслях.

По задумке властей, простимулировать компании организовать производство субстанций может правило «второй лишний». В мае этого года Минпромторг выступил с инициативой ввести его на госзакупках. Его суть в том, что если на торги выходит компания из стран, входящих в Евразийский экономический союз с препаратом из списка стратегически значимых, по которому локализовано производство полного цикла с учетом производства субстанций, то заявки от других компаний, не имеющих такой цепочки в рамках союза, отклоняются. Механизм не будет применяться, если заявки от производителей полного цикла нет или если конкретное лекарство не производится на территории ЕАЭС. Пока что эта инициатива не одобрена правительством.

Участники рынка считают, что проблема глубже. Так, производство фармсубстанций состоит из нескольких отдельных процессов: для их получения необходимо наладить выпуск промежуточных веществ — интермедиатов, объясняет гендиректор DSM Group Сергей Шуляк. По его словам, сейчас только около 7% препаратов производится из российских субстанций, но даже этот небольшой объем выпускаемых в стране веществ зависит от импорта — все интермедиаты поставляются из-за рубежа, как правило, также из Индии и Китая. Если наладить выпуск субстанций, такие производства все равно останутся импортозависимыми. Соответственно, необходимо комплексно подойти к решению вопроса и организовать производство всех стадий, считает Сергей Шуляк. По его мнению, такой вопрос необходимо решать на уровне правительства. Кроме того, производство фармсубстанций и промежуточных продуктов является дорогостоящим и для того, чтобы компании пошли на создание таких заводов, необходим гарантированный спрос. Производителей лекарств, закупающих импортные субстанции, необходимо будет стимулировать приобретать российские.

Производство отечественных фармсубстанций и интермедиатов — серьезная глобальная стратегия, которая должна запускаться минимум лет на десять и, безусловно, с подачи государства, согласен президент компании «Активный компонент» Александр Семенов.

«Для производства фармсырья требуются немалые инвестиции. И без какой-то активной позиции государства в этом плане строить с нуля заводы по выпуску фармсубстанций — дело достаточно рискованное», — говорит эксперт. По его мнению, это могут быть налоговые преференции, льготные кредиты, длинные кредиты под низкую ставку, которые сейчас может выдавать Фонд развития промышленности производителям полного цикла, а также определенные гарантии со стороны регионального или федерального правительства, что субстанции будут поставляться по госзаказам, тендерам.

От первого лица «Производство фармсубстанций — вопрос сырьевой независимости России»
Скачать Содержание
Закрыть