Оценка для диплома: как бизнес-школы конкурируют друг с другом
Материалы выпуска
Оценка для диплома: как бизнес-школы конкурируют друг с другом Рынок Развивающиеся перспективы: как готовят менеджеров для новых рынков Инструменты «В кризис люди находят больше возможностей для персонального роста» Компетенция Онлайн-MBA Инструменты
Рынок
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Оценка для диплома: как бизнес-школы конкурируют друг с другом

Западное бизнес-образование столкнулось с конкуренцией со стороны набирающих вес азиатских школ.
Фото: Getty Images Russia

Согласно исследованию компании HeadHunter и бизнес-школы «Сколково», спрос работодателей на сотрудников со степенью MBA c 2008 по 2016 год вырос в Москве в 1,3 раза, а в регионах — сразу в шесть раз. Столичному выпускнику бизнес-школы компании были готовы платить в среднем 137 тыс. руб., тогда как специалисту без степени — 47 тыс. руб. (за пределами МКАД это соотношение составляло 115 тыс. руб. против 38 тыс. руб.). По данным более раннего исследования, проведенного HeadHunter в 2014 году, работодатели в России готовы платить специалистам с российским MBA в среднем на 35% больше, а обладатели диплома международной бизнес-школы могли претендовать на зарплату в полтора раза выше. Треть компаний, искавших сотрудников с MBA, требовали наличия именно международного бизнес-образования — против четверти компаний, ориентированных на «корочки» российских бизнес-школ.

Число бизнес-школ в мире, по оценке директора Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС, президента Российской ассоциации бизнес-образования Сергея Мясоедова, уже перевалило за 17 тыс. Перед потенциальными слушателями и работодателями встает вопрос выбора: разброс цен нередко составляет десятки тысяч долларов.

Новый и Старый Свет

Западные бизнес-школы, как родоначальники направления, заслуживают внимания в первую очередь, считает генеральный директор образовательного центра «Интеллект-тур» Инесса Гаплевская: «В Россию традиция пришла значительно позже, многие модули еще только развиваются и значительно отстают от западных». Кроме того, прицел только на внутренний рынок ограничивает карьерные возможности выпускника, полагает она.

Образование с историей

Первые бизнес-школы возникли в США на границе XIX—XX веков как ответ на вызовы индустриализации и поиск путей научной организации труда. Первое учебное заведение в США для обучения навыкам предпринимательства — Уортонская школа бизнеса — появилось при Университете Пенсильвании в 1881 году благодаря пожертвованию мецената Джозефа Уортона. (Среди ее выпускников — Уоррен Баффет, Дональд Трамп и Нассим Талеб.) Первую магистерскую степень в области бизнес-администрирования (MBA) предложила в 1908 году Гарвардская школа бизнеса, причем в основу программы обучения была положена система организации труда и управления производством американского инженера Фредерика У. Тейлора. Главной задачей менеджмента Тейлор считал максимальный рост производительности при минимальных издержках, а важнейшим принципом — соответствие навыков работника (включая высшее звено) занимаемой должности.

«Программы западных школ складывались и формировались очень давно, проходя все этапы в соответствии с экономическим развитием общества и учетом потребностей в данном образовании», — говорит Инесса Гаплевская.

Сегодня, как правило, общий курс бизнес-образования охватывает основы бухгалтерского учета, коммерческого права, экономику и финансы предприятия, маркетинг, управление людскими ресурсами, бизнес-этику, создание бизнес-стратегий и т.д., причем акцент делается на практические знания и case studies, а также развитие лидерских качеств будущих управленцев. Существуют также специализированные программы, учитывающие отраслевую специфику бизнеса, и программы для первых лиц компаний — Executive MBA. Традиционно американские бизнес-школы предлагают двухлетние очные программы обучения, а европейские — продолжительностью 10–18 месяцев. Экономия времени и денег делает программы в Старом Свете популярными даже среди американских студентов. По тем же причинам в мире растет спрос на дистанционные и смешанные программы и различные интенсивы, позволяющие не прерывать карьеру на время учебы.

Критерии выбора

За десятилетия существования рынка бизнес-образования участники выработали жесткие внутренние правила и разнообразные инструменты оценки эффективности, включая показатели возврата на инвестиции (ROI). Это позволяет оценить карьерные перспективы, открывающиеся перед обладателями дипломов международных школ. Жесткая система аккредитации школы в престижной ассоциации, в первую очередь в «большой тройке» — американской AACSB (The Association to Advance Collegiate Schools of Business), британской АМВА (Association of MBAs) и европейской EFMD (The European Foundation for Management Development) — является своего рода сертификатом качества предлагаемого образования. Лишь 1% бизнес-школ в мире имеет тройную аккредитацию.

Высокое положение школы в престижных рейтингах бизнес-изданий (Financial Times, Businessweek, The Economist, Forbes, U.S. News and World Report) — еще один ориентир для абитуриентов. По словам директора MBA-программ Лондонской школы бизнеса Гаррета Хоуэлла, 75% абитуриентов используют рейтинги в процессе принятия решения или для составления шорт-листа школ. Кроме того, MBA-рейтинги позволяют оценить репутацию школ и степень доверия к ним со стороны бизнеса, отмечает Инесса Гаплевская.

Трудности перевода

При оценке школы рейтинги опираются в том числе на такие показатели, как зарплата выпускников до и после окончания программы, карьерный рост, трансграничная мобильность, проходной балл, качество научной работы школы.

Однако каждое издание использует собственную методологию, оценки вклада этих факторов, в разных рейтингах у них различный удельный вес. Например, значимость карьерных успехов выпускников в рейтинге U.S. News достигает 50% (35% «весит» критерий стартовой зарплаты, еще 15% — отзывы рекрутеров). В то же время рейтинг Bloomberg больше внимания уделяет репутации бизнес-школы у работодателей (35%) и долгосрочным перспективам выпускников (45%), стартовая же должность «тянет» всего на 20%.

Одним из основных ориентиров для рынка являются рейтинги Financial Times (FT). В 2018 году в первую пятерку глобального рейтинга FT программ full-time MBA вошли Стэнфордская школа бизнеса (США), INSEAD (Франция и Сингапур), Уортонская школа бизнеса (США), Лондонская школа бизнеса (Великобритания) и Гарвардская школа бизнеса (США).

Лондонская школа бизнеса и французская INSEAD занимают первое и пятое места соответственно в общем рейтинге европейских бизнес школ FT (2017). В пятерку лидеров бизнес-школ Европы входят также HEC Paris (Франция), IE Business School (Испания) и Университет Санкт-Галлена (Швейцария), занимающие соответственно второе, третье и четвертое места.

Но просто выбрать из списка престижную бизнес-школу недостаточно, в нее нужно еще поступить. Общие требования: наличие высшего образования, опыт руководящей работы не менее двух-трех лет, высокие оценки по тесту GMAT и экзамене на знание английского языка TOEFL, личные качества кандидата и его навыки саморепрезентации, которые проверяются на основании письменного эссе, рекомендаций и личного собеседования. В последнее время комиссии также стали уделять внимание и «цифровому следу» абитуриентов — профилям в социальных сетях, фотографиям и комментариям. По оценке главного редактора портала о бизнес-образовании Poets and Quants Джона Бирна, формальным требованиям элитных бизнес-школ соответствуют 85% кандидатов, однако зачислен будет лишь один из четырех. Это позволяет образовательным учреждениям поддерживать статус «закрытых клубов» для лучших из лучших. Число отказов Стэнфордской школы достигает 94%, Гарвардской — 89%. Европейские и азиатские школы, как правило, более демократичны — средний балл по тестам GMAT и GRE, необходимый для поступления даже в лучшие школы, занимающие верхние строчки в мировых рейтингах, здесь существенно ниже, чем у конкурентов в США.

Азия на взлете

Бизнес-школам Старого и Нового Света приходится адаптироваться к появлению мощных конкурентов из Азии. Если в первом глобальном рейтинге Financial Times в 1999 году не было ни одной азиатской бизнес-школы, то к 2018-му в него ворвались уже 16 учебных заведения из Китая, Гонконга, Сингапура, Индии, Южной Кореи и Вьетнама. «Это абсолютно естественный тренд: бизнес-школы зародились в Америке, потом появились ведущие европейские школы, сейчас волна дошла до Азии», — объясняет директор по Восточной Европе и Центральной Азии департамента международного развития IE Business School Виктория Сусакова. По ее словам, это пример здоровой конкуренции, отражающей все возрастающую роль азиатских рынков и азиатского бизнеса на мировой арене. Более того, западные школы активно включают азиатские модули в существующие программы, чтобы студенты погрузились в практики ведения местного бизнеса, открывают кампусы в Азии (подобно INSEAD), а также создают программы двойных дипломов совместно с азиатскими партнерами.

Например, у IE Business School действует совместная программа в SMU (Сингапур), а российская бизнес-школа «Сколково» готовит к запуску евразийскую программу EMBA совместно с HKUST (Гонконг).