Конкурентов — в инвесторы
Материалы выпуска
Площадка с видом на Азию Решения Магистральный вопрос Инструменты «Сервисы постепенно закопают банки «под капот» Компетенция Люди на золоте Рынок Полуостров инвестиций Решения «Конкурентоспособность Дальнего Востока на рынке АТР повысилась» Компетенция Природа крупного бизнеса Решения Конкурентов — в инвесторы Инструменты
Инструменты
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Конкурентов — в инвесторы

Российский Дальний Восток — не первый год точка притяжения для Японии и Индии. Приток инвестиций зависит не только от геополитической обстановки, но и от способности россиян следовать устоявшимся международным правилам.
Фото: Юрий Смитюк/ТАСС

В ближайшие шесть лет, по данным министерства по развитию Дальнего Востока и Арктики, региону предстоит по темпам роста ВВП обогнать страны — лидеры Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР): Индию, Китай, Вьетнам, Индонезию и Малайзию. Показатель валового регионального продукта должен ежегодно расти в среднем на 8%. Предстоит реализовать более 650 действующих инвестиционных и 87 инфраструктурных проектов общим объемом свыше 6 млрд руб., а также привлечь более 430 новых инвестпроектов на общую сумму 4,6 млрд руб., говорится в отчете министерства 2018 года. Должны вырасти инвестиции в переработку нефти и газа, добычу полезных ископаемых, лесную отрасль, сельское хозяйство, туризм, машиностроение и, в меньшей степени, другие отрасли.

Стратегия пространственного развития до 2025 года, утвержденная правительством РФ, предписывает макрорегиону сократить миграционный отток населения и привлечь новых специалистов, развить действующие специальные экономические режимы — территории опережающего развития (ТОР), Свободный порт Владивосток (СПВ) и создать новые стимулы для инвесторов: остров Русский превратить в инновационный научно-технологический центр, а Владивосток — в центр международного экономического сотрудничества АТР.

Дальний Восток предлагает инвесторам условия гораздо более выгодные, нежели в других регионах России, отмечает доцент кафедры востоковедения, ведущий эксперт Центра АСЕАН МГИМО МИД России Екатерина Колдунова.

По данным международной компании Deloitte, инвестиции в экономику региона растут с 2014 года: в 2017-м их объем в основной капитал увеличился на 17% и составил более 1,2 трлн руб. Как ранее заявляли представители Минвостокразвития, иностранные инвестиции в экономику Дальнего Востока составили более 90 млрд руб. — 26% всех иностранных инвестиций в российскую экономику.

Основными инвесторами в регионе становятся партнеры и конкуренты России на рынке АТР: Китай, Япония и Индия. Внутри Азиатско-Тихоокеанского региона эти страны представляют наибольший интерес в качестве инвесторов в развитие инфраструктуры, отмечают в аналитическом подразделении инвестиционной компании InfraONE в отчете «Инвестиции в инфраструктуру. Азия»: доля ВВП Китая и Японии в Восточно-Тихоокеанской части Азии — 50 и 20% соответственно, на Индию приходится 80% ВВП Южной Азии. На Китай и Японию приходится 38 и 30% внешних инвестиций стран АТР соответственно: в 2017 году вложения ключевых игроков рынка в инфраструктуру за рубежом оценивались в $120 млрд.

России расширение сотрудничества с Индией и Японией на Дальнем Востоке позволит сбалансировать растущую зависимость от Китая, говорит доцент кафедры международных отношений, заместитель директора по науке Восточного института Дальневосточного федерального университета (ДВФУ) Артем Лукин. Заинтересованы в этом, по его словам, могут быть и Токио с Дели.

Борьба за ресурсы

Для инвесторов Дальний Восток — прежде всего ресурсы, регион обладает большими запасами золота, алмазов, угля и леса, говорит управляющий партнер Ernst & Young (EY) по странам СНГ Александр Ивлев. И Индия может стать одним из основных конкурентов Китая за проекты по их освоению.

По данным Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ), индийские инвестиции в российскую экономику по состоянию на конец 2017 года составляли более $8 млрд, и до сих пор главным образом были сосредоточены в нефтегазовой и фармацевтической отраслях. Одна из ведущих индийских энергетических компаний Tata Power вложит порядка $750 млн в добычу и переработку угля на Камчатке — специально для реализации этого проекта расширены границы ТОР «Камчатка», индийский инвестор оформляет статус резидента. В 2017 году индийская KGK Group запустила производство по огранке алмазов в Свободном порту Владивосток.

По словам Александра Ивлева, внутренний рынок региона в целом не самый привлекательный для инвесторов — население региона лишь 8 млн человек: «Гораздо перспективнее развитие экспорта — создание в регионе обрабатывающего производства и поставка продукции по всей стране и в соседние государства».

Торгово-экономические отношения с Индией имеют широкие перспективы развития, прежде всего с точки зрения роста экспорта, отмечает вице-президент Российского экспортного центра (РЭЦ) Давид Оганезов. Только за прошлый год, по данным РЭЦ, товарооборот двух стран вырос на 17% и составил $11 млрд, российский экспорт увеличился на 20%, до $7,8 млрд.

Индия заинтересована в создании совместного высокотехнологичного кластера, в том числе в сфере искусственного интеллекта, отмечает ведущий эксперт Института образования НИУ ВШЭ Евгений Сженов.

Однако по итогам переговоров на ВЭФе с индийскими партнерами в первую очередь стоит ожидать новых совместных проектов по добыче полезных ископаемых и изготовлении бриллиантов, а также в сельском хозяйстве, энергетике, лесопереработке. Эти же направления, по словам Евгения Сженова, интересны для инвестиции и японской стороне. В частности, Япония заявила об активизации инвестиций в тепличные хозяйство Дальнего Востока.

Сферы бизнеса, в которых Япония сможет что-то противопоставить Китаю, ограничены, полагает партнер и руководитель группы по обслуживанию японских компаний «Делойт, СНГ» Юлия Орлова. Однако есть направления, в которых Китай и Япония могли бы сотрудничать: одним из них может стать логистика.

Кроме того, российский бизнес заинтересован в участии в цепочках поставок технологически развитых японских компаний, отмечает Екатерина Колдунова. Она подчеркивает социальную ценность для России тех сфер сотрудничества, которые интересны японской стороне, — это в том числе здравоохранение, жилищное строительство и развитие «умных» городов.

Но на данном этапе ключевой интерес индийских и японских компаний представляет участие в сырьевых проектах, считает Артем Лукин.

Одной из главных целей на ВЭФе для них могут стать договоренности об участии в проекте НОВАТЭКа по строительству терминала по перевалке арктического сжиженного природного газа (СПГ) на Камчатке. План инвестпроекта «Морской перегрузочный комплекс сжиженного природного газа в Камчатском крае» был утвержден правительством в марте этого года, а строительство планируется начать уже в 2020 году.

Сырьевая модель

Строительство терминала по перевалке СПГ на Камчатке сделает российский газ доступнее для Японии и других азиатских государств, говорит Александр Ивлев.

Японские компании активно участвуют в российских СПГ-проектах, диверсифицируя поставщиков и сокращая зависимость от поставок энергоресурсов с Ближнего Востока, говорит завкафедрой экономической теории и методологии Нижегородского госуниверситета им. Н.И. Лобачевского Александр Золотов.

В июне НОВАТЭК продал 10% в проекте «Арктик СПГ-2» консорциуму японских компаний Mitsui и Jogmec. Первая партия сжиженного газа с действующего завода «Ямал СПГ» уже была поставлена в Японию по Северному морскому пути.

Рынок СПГ становится одним из основных драйверов и для развития сотрудничества с Индией. Участие индийских компаний в «Дальневосточном СПГ», «Арктик СПГ-2» и других подобных проектах обсуждается на уровне глав государств.

По данным Энергетического центра Московской школы управления «Сколково», к 2022–2025 годам доля развивающихся стран в мировом потреблении СПГ достигнет половины всего мирового спроса, и ведущую роль в наращивании этой доли играют Китай и Индия.

Политика «синего неба» и планы Индии по увеличению доли газа в энергобалансе с 6,5 до 15% к 2022 году делают страну одним из основных рынков для экспорта СПГ, отмечают аналитики «Сколково»: «Прогнозируемый к 2030 году спрос на СПГ в Индии даже превышает объемы возможного спроса со стороны Китая».

Для Индии проекты с Россией в сфере СПГ — жизненная необходимость, считает Евгений Сженов: «За российские проекты СПГ между Индией и Китаем разворачивается настоящая конкуренция, Индия тоже спешит получить гарантии поставок газа на условиях не младшего, а полноценного партнера».

Путь в Европу

Для Японии Дальний Восток — ворота на рынок Европы, говорит Александр Ивлев: «Японские инвесторы заинтересованы в инфраструктурных проектах, которые сделают этот путь быстрее».

Ускорению доставки грузов на европейские рынки должны способствовать совместный проект компании «РЖД Логистика» и российской транспортной группы FESCO, которые в мае пустили из порта Йокогама по Транссибирской железнодорожной магистрали первый тестовый контейнер, рассказала Юлия Орлова.

Речь идет не только о реальных, но и о цифровых магистралях. В Российском фонде прямых инвестиций, в частности, заявляли об интересе японских инвесторов к проекту «Транснефть Телеком» по прокладке подводного высокоскоростного телекоммуникационного кабеля между Россией, Японией и Южной Кореей, а также присоединения к существующим линиям связи, охватывающим всю территорию России.

Для российско-индийских экономических отношений, по словам Давида Оганезова, более перспективно развитие транспортного коридора «Север — Юг» в Каспийском регионе. Сроки доставки груза из Мумбаи до Санкт-Петербурга должны сократиться в два раза по сравнению с транспортировкой через Суэцкий канал, до 14 дней.

Активно обсуждаются и вопросы возобновления работы транспортного морского коридора Ченнаи — Владивосток, который действовал еще в советское время.

Интерес России

Если Индия — огромный рынок и новые возможности экспорта, в том числе для российских агропроизводителей, то доступ к «умным» японским деньгам открывает новые перспективы для технологических компаний России, отмечает Александр Ивлев. Японский конгломерат SoftBank создает технологический инвестфонд на $108 млрд, поддерживающий такие проекты, как Uber и Didi, сеть коворкингов WeWork.

Умение работать с характерными для стран АТР «умными» и многосоставными механизмами инвестирования — преимущество в борьбе за иностранное финансирование, отмечают аналитики InfraONE. До сих пор у России в привлечении азиатских инвестиций были слабые позиции, говорится в отчете «Инвестиции в инфраструктуру. Азия»: количество инфраструктурных проектов штучное, редки сделки концессии и государственно-частного партнерства. Это следствие недостатка проработанных проектов на российском инвестиционно-инфраструктурном рынке и слабой активности госбанков и прочих финансовых институтов, говорится в обзоре.

Тяжелые природно-климатические условия, отсутствие транспортной и энергетической инфраструктуры на Дальнем Востоке требуют огромных вложений, отмечает Артем Лукин. В то же время, по его словам, японские и индийские инвесторы чувствительны к санкциям США, риск которых как раз приходится на проекты в энергетической сфере. Кроме того, для привлечения инвесторов нужно развивать внутренний рынок российского Дальнего Востока.