«Только ковбои могут заниматься мясным скотоводством»
Материалы выпуска
Регионы на вершине пищевой цепи Рынок Лассо, чипы, кватерхорс Инструменты «Только ковбои могут заниматься мясным скотоводством» Инновации
Инновации
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Материалы выпуска

«Только ковбои могут заниматься мясным скотоводством»

О подготовке российских животноводов нового типа РБК+ рассказала руководитель Академии ковбоев «Мираторга» Руслана Савченкова.
Фото: Игнат Козлов для РБК+

— Вы согласны c утверждением, что кадры — одна из главных проблем в сельском хозяйстве?

— Готовых сотрудников для работы на новых фермах вы не найдете ни среди выпускников сельхозакадемий, ни среди жителей деревень. Мы в год готовим тысячу новых животноводов. Что же касается наличия потенциальных работников, сложная ситуация только вблизи Москвы, где развитый рынок труда. А так люди есть. Иногда, чтобы заинтересовать их, менеджерам «Мираторга» приходилось предпринимать нестандартные шаги. Например, общались в деревнях с женщинами: говорили им, что хватит уже мужчинам в массовом порядке уезжать в города, работать охранниками в супермаркетах. Пусть возвращаются, живут дома и работают рядом. Эти аргументы действуют.

— Нам удалось посмотреть на практический экзамен для ваших ковбоев. Они, например, бросали лассо на металлический макет быка. Насколько это нужно животноводу? Как вообще правильно называются ковбои?

— Вы можете, конечно, говорить «оператор-животновод», таково официальное название для делопроизводства. Действительно, это полноценные специалисты, которые занимаются уходом за животными, перегоном скота, лечением, работают в связке с ветеринарами. И мы по документам — отдел обучения и развития персонала. Но все называют операторов ковбоями, а нас — Академией ковбоев, поскольку официальные названия не отражают сути. Мы готовим именно ковбоев. Только они могут заниматься мясным скотоводством, которого в России раньше просто не было. Работать в колхозном коровнике или пасти небольшое деревенское стадо можно было, конечно, без лошади и без выездки. А у нас на одном пастбище — от 200 до 300 голов, и на каждой ферме содержится по 5–6 тыс. Порода абердин-ангус живет на вольном выпасе. Она не боится высоких и низких температур. Но эти бычки массой до 700 кг подвержены стрессам, которые могут привести к болезни. Лошадь и всадник, к которым привыкает стадо, — это элемент бесстрессового обращения с животными. А лассо — единственный нормальный безопасный способ поимки в стаде отдельного животного, которое, например, нужно пролечить. Наши коровы телятся прямо в поле. Ковбой должен выбить ее из стада, оказать помощь. То есть все эти ковбойские навыки — элементы производственного процесса, которым учат в нашей Академии ковбоев. Только представьте: на каждое животное в среднем приходится по 0,85 га, поэтому на поимку одного быка иногда уходит больше получаса. Пара опытных ковбоев, конечно, справятся за пять минут, но не все же у нас чемпионы родео.

Лошадей тоже обучают — выездке в стиле вестерн. Лошадь, например, помогает в работе с коровами, когда ковбой производит манипуляции с телятами, умеет держать наброшенное лассо в натяг и т.д.

— К вам приходят учиться на ковбоев обычные деревенские жители. Что для них оказывается самым необычным?

— Прежде всего они удивляются, насколько фермы высокотехнологичные. Как правило, даже у селян, имеющих опыт содержания животных, вообще нет понимания, что эти процессы могут быть настолько выверены и регламентированы. Обучение ковбоев мы начинаем с техники безопасности: вы сами видели, что такое работа с лассо в стаде. Кроме того, мы сразу даем общую установку, что сотрудник компании «Мираторг» должен быть самоотвержен и вовлечен в свою профессию. Если этого нет, дальше можно не двигаться, ничего не получится.

В ходе трехнедельной теоретической подготовки будущий ковбой изучает так называемые СОП — стандартные операционные процедуры компании, а также анатомию и поведение лошадей. Только после этого и еженедельной оценки пройденного материала мы уже подходим непосредственно к работе с лошадью.

— Вам приходится встречать такую реакцию людей: мол, что это за блажь — делать из нас ковбоев?

— Встречаемся скорее со страхом работы с лошадью на первых этапах. Но этот страх преодолевается ровно в тот момент, когда тренер садится на лошадь и показывает, каких результатов он достиг. А если человек еще не привык к самостоятельной работе — всегда в звене есть старший специалист. Старательный сотрудник в течение трех—шести месяцев однозначно станет действовать эффективно.

— Прямо похоже на подготовку спортсмена…

— Да-да, тренировочный процесс. Кстати, наши опытные тренеры являются и спортивными судьями, и сами выступают, и показывают мастер-классы на таком мероприятии компании, как «Русское родео». С 2014 года, как начался проект «Мираторга» по мраморной говядине, наши тренеры всему научились. Сначала подготовкой персонала занимались экспаты — ковбои из Техаса. Потом наши уже сами оттачивали технику. И «Русское родео» за эти годы превратилось в масштабное мероприятие профессионального мастерства оператора-животновода, в большой ежегодный праздник для сотрудников и их семей. Каждое из подразделений Брянской мясной компании выставляет по команде численностью до восьми человек. Каждая команда готовит показательную программу выступления на лошадях. Далее конкурсы: соревнования по лассо и, например, по загону животного в трейлер. Заканчивается это все награждением команд. Чаще всего это поездка к нашим партнерам в какую-то страну с богатым опытом мясного скотоводства.

— Известная HR-проблема в российском АПК — борьба с пьянством. Как вы добиваетесь, чтобы ковбои в этом отношении не сильно «ковбойствовали»?

— Принять алкоголь на работе или занятиях академии — равно быть уволенным. Служба безопасности сразу же удалит нарушителя с производственного объекта.

— Кого Академия ковбоев готовит кроме ковбоев?

— Мы не только вводим в должность операторов-животноводов, но и адаптируем к требованиям компании ветеринарных врачей, администраторов и руководителей ферм. В структуре Брянской мясной компании есть еще одна бизнес-академия, которая готовит специалистов по направлению «инженерия-агрономия». Она вводит в должности механизаторов, инженеров и агрономов, которые занимаются кормозаготовкой, ведь у «Мираторга» все свое, от поля до прилавка.

— Как вы оцениваете уровень подготовки специалистов в российских сельхозвузах?

— Они подготовлены теоретически, но практических навыков получают очень мало. У вузов, как правило, нет опытных площадок. Что касается мясного скотоводства, оно практически нигде не преподается. У нас очень хорошо адаптируются студенты, которых мы отслеживаем в вузах по целевой программе «Поколение Мираторг». Эта программа подготовки молодых специалистов предусматривает их сопровождение в течение последних двух лет обучения с организацией стажировок в компании — производственной, преддипломной практики. В программу попадают ребята, подготовившие творческие проекты по специальности. Их работы оценивают наши руководители направлений. Конечно, эффективность таких молодых сотрудников даже на старте карьеры гораздо выше.

Что касается ковбоев, то они также постоянно совершенствуют свой профессионализм, проходят ежегодную аттестацию на очередной разряд — второй, третий и так далее. Система наставничества пронизывает все подразделения: мы действительно готовим животноводов нового типа.