Зеленая экономика проросла в России
Материалы выпуска
Зеленая экономика проросла в России Инновации Прибыль на устойчивой основе Инструменты Добрый бизнес Решения «Хоккей должен стать частью развлекательной индустрии» Компетенция Экспорт с поправкой на цены Рынок Вуз международного образца Решения
Инновации
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Зеленая экономика проросла в России

Отечественные предприятия переходят на эффективные технологии, а потребители формируют запрос на решение экологических проблем. Инвесторы за изменениями настроений общества пока не поспевают.
Фото: Getty Images Russia

В мире инвестиции в зеленую экономику растут, а акции компаний, учитывающих экологические риски, показывают более устойчивый рост и стабильность.

Согласно ежегодному отчету британской аналитической компании FTSE Russell за 2018 год, зеленая экономика выросла до $4 трлн, или 6% объема всей глобальной экономики, и таким образом сравнялась с сектором добычи полезных ископаемых. Под зеленой экономикой подразумевается экономическая деятельность, которая повышает благосостояние людей и обеспечивает устойчивое развитие, но при этом существенно снижает риски для окружающей среды и обеднения ресурсов.

К 2030 году, по прогнозу FTSE Russell, при условии сохранения нынешнего курса на устойчивое развитие, зеленая экономика должна вырасти до 10% валового мирового продукта.

Понимание масштабов задач устойчивого развития, а также развивающееся национальное и международное регулирование становятся стимулами стремительного развития более чистых, в первую очередь низкоуглеродных, технологий во многих отраслях, говорит старший менеджер Ernst & Young (EY) Сергей Дайман: «Трансформация экономики в мире и России требует огромных объемов инвестиций и займет, по крайней мере, половину века — но оно того стоит. Снижение негативного воздействия загрязнения на здоровье и окружающую среду способно существенно уменьшить нагрузку на экономику, тем самым высвобождая и ресурсы для роста».

Повышенная ответственность 

Инвесторы все чаще смотрят на компании — объекты инвестиций с учетом экологических, социальных рисков и практик корпоративного управления, то есть переходят к ответственному инвестированию (ESG-инвестиции: еnvironmental, social and governance), подчеркивает Сергей Дайман. Основным фактором здесь являются не столько этические позиции, сколько значимость экологических и социальных рисков для бизнеса и, следовательно, возврата инвестиций.

Объем активов, в управлении которыми учитываются ESG-критерии, ежегодно растет. В 2018 году он составлял, по данным Глобального альянса устойчивых инвестиций (GSIA), $30,7 трлн, увеличившись с 2016 года на 34%.

По данным глобального исследования EY за 2018 год, 97% опрошенных инвесторов проводят оценку нефинансовых показателей, включающую экологические риски. Всего за три года с первого такого исследования количество инвесторов, проводящих оценку нефинансовых показателей, выросло с 52 до 97%. В опросе принимали участие инвесторы разных масштабов, с активами от менее $1 млрд до более $50 млрд из всех регионов мира. Таким образом, ответственные инвестиции — уже не нишевый или региональный тренд, а общепринятая практика.

Исследование, проведенное в 2015 году в Германии (Friede G., Busch T. & Bassen A. ESG and financial performance), подтверждает, что акции компаний, доказывающих свою ответственность, показывают более высокий рост и стабильность. Анализ показал, что положительная корреляция критериев ESG с финансовыми результатами выявлена почти в 63% метаисследований и 48% исследований, основанных на опросе экспертов. Важно, что развивающиеся рынки, к которым стоит относить и Россию, показали взаимосвязь экологических и социальных показателей с финансовыми значительно более высокую, чем на развитых рынках.

Востребованность зеленой экономики пришла в Россию вместе с западными компаниями, которые давно интегрировали устойчивое развитие в бизнес-стратегии, где экологический аспект является важнейшим критерием в оценке эффективности, отмечает директор по устойчивому развитию «Сибура» Максим Ремчуков. В первую очередь зеленые технологии актуальны в производственной сфере, и российский бизнес стремится применять лучшие мировые практики. В числе приоритетных направлений — снижение углеродного следа компании и развитие технологий замкнутого цикла, когда отходы рассматриваются как ценный ресурс и вновь используются в производстве. Такая политика напрямую влияет на инвестиционную привлекательность компании в долгосрочной перспективе, подчеркивает Максим Ремчуков: «Она определяет положение компаний в международных экологических рейтингах, таких как ESG, на которые ориентируются зарубежные инвесторы».

Сегодня российские инвесторы также оценивают экологические и социальные риски инвестиций в крупные проекты, но, возможно, не всегда в достаточной мере серьезно воспринимают их или не успевают за растущим экологическим сознанием общества, считает Сергей Дайман. Тем не менее некоторые российские финансовые организации осознанно выбирают стратегии ответственного инвестирования как наименее рискованные и наиболее прибыльные и присоединяются к инициативе «Принципов ответственного инвестирования», которые были разработаны при посредничестве ООН в 2005 году.

В отдельных отраслях Россия является одним из мировых лидеров во внедрении зеленых, более экологически безопасных технологий, говорят эксперты, — например, в гидро— и атомной энергетике, централизованном отоплении, городском общественном и железнодорожном транспорте. В других отраслях тоже есть заметные по масштабам проекты и по мере развития технологий их доля может расти, отмечает Сергей Дайман: «Среди таких отраслей, например, возобновляемые источники энергии в изолированных районах, производство горячебрикетированного железа, биологическое выщелачивание золота».

Но перспективны, по его словам, не только традиционные для России ресурсные отрасли: одним из факторов развития экономики без роста загрязнения окружающей среды выступает сектор услуг, в первую очередь цифровые решения, позволяющие оптимизировать использование ресурсов, обойтись без поездок, физических копий.

В России достаточно проблемных зон в области накопленного загрязнения, негативного воздействия в крупных промышленных агломерациях, загрязнения рек, обращения с опасными и коммунальными отходами. Инвестиции предприятий и регионов в решение этих проблем значительны — только прямые инвестиции, учтенные в национальной статистике, в 2018 году составили 158 млрд руб.

В будущем они должны существенно вырасти. Бюджет национального проекта «Экология», в частности, подразумевает ежегодные инвестиции в среднем около 800 млрд руб., или 4–5% от всего объема инвестиций в основной капитал в России. По оценке EY, для повышения энергоэффективности и обеспечения снижения выбросов вредных веществ и парниковых газов в энергетике, промышленности и ЖКХ в ближайшие годы потребуется порядка 1,3 трлн руб. ежегодно.

Деньги и ответственность 

Нехватка инвестиций является ключевой проблемой формирования зеленой экономики не только в России, но и в Европе. Согласно плану действий по финансированию устойчивого развития, принятому Еврокомиссией в марте 2018 года, существующие объемы инвестиций недостаточны для поддержки экологически чистой и социально устойчивой экономической системы Европы. Недостаток инвестиций в инфраструктуру транспорта, энергетики, водоснабжения и водоотведения составляет ежегодно €270 млрд — при текущем объеме инвестиций на уровне €258 млрд, приводит оценку Европейский инвестиционный банк. По расчетам Еврокомиссии, ЕС требуется порядка €180 млрд только на выполнение обязательств по сокращению выбросов парниковых газов в рамках развития зеленой экономики.

Однако, как считает исполнительный директор ассоциации «Лига переработчиков макулатуры» Алексей Сергеев, в Европе требования, предъявляемые к производителям товаров, являются своего рода стимулом для инвестирования в зеленую экономику: «Помимо того что компании выбирают быть «зелеными», их активно подталкивают быть таковыми». В этом, по словам эксперта, суть поведенческой экономики, согласно которой правильное решение людям и компаниям нельзя навязывать, но нужно предлагать таким образом, чтобы они пришли к нему сами. Автор исследований в области поведенческой экономики Ричард Талер (автор теории «подталкивания») в 2017 году стал лауреатом Нобелевской премии по экономике.

Например, согласно закону об упаковке, принятому в Германии в этом году, продажа товара или упаковки без договора с Дуальной системой (координирующей утилизацию) и регистрации в специализированном упаковочном реестре влечет штраф до €200 тыс. за каждый случай нарушения. Кроме этого предусмотрены взыскание незаконно заработанной прибыли и запрет на продажу товара. Отсутствие декларации об объемах упаковки влечет штраф €100 тыс.

В России ответственность за невыполнение обязательств по расширенной ответственности производителей до сих пор не введена, говорит Алексей Сергеев: «Таким образом, одни и те же западные инвесторы платят за утилизацию упаковки своих товаров в одних странах и не платят там, где это возможно, — например, в России». Низок в нашей стране, по его мнению, и запрос на экологическую ответственность самих потребителей.

Новое сознание 

Сознание людей быстро меняется, говорит координатор проекта «Токсическая программа» «Гринпис России» Дмитрий Нестеров. Согласно результатам опроса, проведенного в 2018 году Левада-центром по запросу «Гринпис», каждый второй россиянин связывает проблему растущих свалок с большим количеством одноразовой пластиковой упаковки, при этом почти треть россиян (29%) готовы перестать ее использовать, если появится альтернатива. Более того, 27,6% опрошенных уже используют многоразовые пакеты и сумки, а каждый шестой (16,6%) в принципе отказался от использования одноразовой упаковки.

Глобальное исследование американской Nielsen в 2018 году, охватившее и Россию, также подтверждает значимость экологических факторов в потребительском поведении наших сограждан. Так, 57% опрошенных россиян заявили, что для них «чрезвычайно» или «очень важно», чтобы компании осуществляли программы по защите окружающей среды. Особенно обеспокоенным проблемами окружающей среды и важностью перехода на органические продукты среди участников исследования оказалось поколение Z (15–20 лет). При этом почти две трети россиян (62%) готовы изменить свое потребительское поведение, если оно будет наносить меньше вреда окружающей среде.