Испытание декарбонизацией
Материалы выпуска
Испытание декарбонизацией Рынок «Чем эффективнее теплоснабжение, тем больше условий для снижения тарифа» Инновации «Все больше нужно подсчитывать углеродный след конечного продукта» Инновации «Не автоматизировать свою логистику сегодня — значит проиграть завтра» Инструменты Налоговые строгости вместо льгот Решения Нефть на перспективу Рынок Вирус не помеха «зеленой» энергетике Инновации
Рынок
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Испытание декарбонизацией

Ситуация в нефтяном секторе будет зависеть от скорости перехода на альтернативные источники энергии и способности нефтяных компаний адаптироваться к новым условиям, считают эксперты.
Фото: РИА Новости

Наиболее чувствительно коронакризис ударил по нефтяной отрасли. Как отмечали в апрельском обзоре влияния COVID-19 на топливно-энергетический комплекс аналитики Центра энергетики Московской школы управления «Сколково», «разворачивается наиболее глубокий кризис за всю историю мировой нефтяной промышленности». К концу года цена на нефть пошла в рост, но с начала 2020-го к ноябрю корзина ОПЕК подешевела на $23,34 по сравнению с аналогичным периодом 2019 года и в среднем составила $40,57 за баррель, таковы данные ноябрьского отчета картеля. Пауза в мировой экономике в связи с пандемией, как следствие — падение спроса на топливо, срыв в марте сделки между ОПЕК и независимыми экспортерами нефти о дополнительном снижении добычи, новости о заполнении нефтехранилища в Оклахоме — такой набор стресс-факторов лег в основу причин кризиса отрасли.

Большая часть глобального спроса на нефтепродукты приходится на транспорт, между тем во время распространения пандемии в странах ЕС отмена авиарейсов достигала 90%, объем пассажирских перевозок легковым автотранспортом сократился на 60–90%, общественным — на 50%, таковы данные Еврокомиссии.

По прогнозам Международного транспортного форума ОЭСР, транспортные перевозки по итогам года снизятся на 36% по сравнению с докризисным. В странах АСЕАН, Центральной Азии, России и Индии сокращение может быть более чем двукратным, в Китае — до 25%, в Европе и США — на уровне 40%.

В целом по итогам 2020 года снижение спроса на нефть ожидается примерно в 10 млн барр. в сутки и около 3–4 млн барр. в сутки в 2021 году по отношению к уровню спроса 2019 года, говорит Екатерина Грушевенко, эксперт Центра энергетики в «Сколково».

Горизонты роста

Низкие цены на нефть могли бы оказать поддержку развивающимся странам — импортерам энергоресурсов. Но в большинстве из них в той или иной степени сохранялись карантинные ограничения. Исключением стал Китай, который довольно быстро взял под контроль эпидемию и начал восстанавливаться после кризиса уже в первом полугодии, отмечает директор Центра экономического прогнозирования Дмитрий Пигарев. Потребление нефти в Китае в третьем квартале этого года восстановилось до уровня аналогичного периода 2019-го. Уже в марте страна активно начала заполнять хранилища, пользуясь низкими ценами.

В Китае в частности и в Азии в целом наблюдается самое быстрое восстановление спроса, отмечает Екатерина Грушевенко. В Индии дорожная активность к октябрю тоже вернулась к отметке более 95% от уровня прошлого года.

Экономики развитых стран переживают новую волну карантинных ограничений, поэтому для них фактором восстановления будет служить динамика роста заболеваемости, полагают эксперты. В США и Европе в 2020 году падение спроса на нефтепродукты по итогам года составит около 13–14% относительно 2019 года, прогнозируют в Центре энергетики «Сколково».

Для российской экономики восстановление цен на нефть — благоприятный фактор, но серьезного укрепления национальной валюты ожидать не стоит, полагает Дмитрий Пигарев, поскольку по мере восстановления экономической активности будет расти и объем импорта.

Без СО

Полноценное восстановление мирового спроса на нефть начнется уже в 2021 году, полагают аналитики Газпромбанка. Но это при условии, что заболеваемость пойдет на спад и страны начнут ослаблять карантинные ограничения. Директор департамента консалтинга «Делойт, СНГ» Павел Евтеев сомневается, что рынки США, Европы и Индии смогут выйти на докризисный уровень потребления в 2021 году. По его оценкам, спрос сможет превысить «доковидный» уровень через два-три года. Но далее, в среднесрочной перспективе, с учетом растущего мирового тренда на декарбонизацию (то есть усиления политики по снижению выбросов углекислого газа) и устойчивое развитие вполне вероятна стагнация спроса на нефть, считает Павел Евтеев: «При этом снижающийся спрос на одни сегменты может быть частично компенсирован ростом на продукты других — например, нефтехимии».

Сейчас нефть растет в основном по двум причинам — на новостях о вакцине и сделке ОПЕК с независимыми экспортерами. После того как в ноябре американская компания Moderna заявила, что, по предварительным данным, эффективность ее вакцины на завершающем этапе клинических испытаний составила 94,5%, котировки январских фьючерсов подошли к $44 за баррель нефти марки Brent. А в декабре ОПЕК и другие нефтедобывающие страны после трудных переговоров согласовали увеличение добычи нефти начиная с января 2021 года. Они договорились о повышении добычи на 500 тыс. барр. в сутки, но не на 2 млн барр., как планировалось раньше. После этого баррель Brent подорожал уже до $48 и более.

Стратегически ситуация в секторе будет зависеть от скорости перехода на альтернативные источники энергии. А также от того, как быстро нефтяные компании адаптируются к новым условиям. Речь прежде всего о декарбонизации собственного бизнеса, то есть снижении объемов выбросов углекислого газа, говорит Екатерина Грушевенко: «У «зеленой» нефти больше шансов быть проданной на рынках, где будет вводиться жесткое экологическое регулирование, в частности на рынке Европы — одном из целевых для России».

Глава Международного энергетического агентства (МЭА) Фатих Бироль еще в начале пандемии призвал государства использовать сложившуюся во время коронакризиса ситуацию, чтобы направить господдержку в первую очередь на низкоуглеродные технологии — до 70% инвестиций в мировую энергетику зависят от государственной политики. А принятая в текущем году так называемая водородная стратегия ЕС нацеливает экономику на полную декарбонизацию за счет отказа от ископаемого горючего. Все больше игроков отрасли планируют значительные инвестиции в производство более экологичного топлива.

Еврокомиссия уже рассматривает возможность введения пограничного углеродного сбора. Это один из ряда механизмов в рамках европейского «зеленого курса», напоминают в консалтинговой компании BCG.

Сейчас во всем мире возможности нефтяной промышленности ограничиваются сокращением финансовых ресурсов, отмечают в МЭА. Падение спроса и цен на нефть отражается на снижении инвестиций в отрасли, подтверждает Дмитрий Пигарев. По его словам, по итогам 2020 года инвестиции сократятся на 30% как в добыче, так и в переработке нефти. Но при этом не нужно забывать, что, как полагают в BCG, углеродный сбор может быть введен уже в конце 2021 — начале 2022 года.

До этого времени необходимо выстроить стратегию развития отрасли с учетом новых условий и сделать первые шаги по ее внедрению на уровне государства и компаний-экспортеров, приводят в BCG слова партнера и управляющего директора московского офиса Константина Полунина, заявившего, что «компаниям следует начать измерять свой углеродный след, отслеживать стоимость углеродных выбросов и их влияние на общие затраты». Крайне важно, по его словам, обеспечить диалог с ЕС, перестройку внутреннего регулирования и поддержку стратегических углеродных отраслей.

Глубина падения

В апреле падение спроса на нефтепродукты в среднем по миру составило 30%, а по итогам года ожидается снижение почти на 10%, то есть на 9,3 млн барр. в сутки, по оценке Международного энергетического агентства.

Розничная продажа топлива в Италии в марте упала на 85%, ссылаются на Bloomberg аналитики Центра энергетики «Сколково». В Испании спрос на нефтепродукты в этот же период сократился на 23%, потребление бензина, дизельного топлива и керосина — на 35,5, 26,5 и 42,5% соответственно.

Тотальный локдаун в Индии, третьей стране мира по объему потребления нефти после США и Китая, привел к снижению спроса на нее за время пандемии на 70%.