Стратегия ,  
0 
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.

Долгая дорога к устойчивости

Фото: Getty Images Russia
Фото: Getty Images Russia
Концепция устойчивого развития, мейнстрим на Западе, в России пока не имеет достаточной поддержки государства.
Правительство должно реализовывать повестку, а бизнес и общество во многом уже готовы оказать ему поддержку, считают эксперты.

В 2015 году Россия вместе с другими 192 странами подписала резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН «Преобразование нашего мира: Повестка в области устойчивого развития на период до 2030 года» («Повестка-2030»). Документ содержит 17 целей устойчивого развития (ЦУР), направленных на ликвидацию нищеты, сохранение ресурсов планеты и обеспечение благополучия. Достижение этих целей поможет прийти к балансу между экономическим ростом и экологическим и социальным благополучием.

Для оценки достижений стран был создан специальный Индекс прогресса по ЦУР (SDG Index — Sustainable Development Goals Index). В прошлом году рейтинг возглавили Швеция, Дания и Финляндия. Россия в Индексе прогресса по ЦУР за 2020 год оказалась на 57-м месте, тогда как в 2019 году занимала 63-ю строчку.

Наибольших успехов Россия, по мнению авторов SDG Index, добилась в достижении целей по ликвидации бедности и обеспечению качественного образования. Впрочем, как отмечает управляющий директор по корпоративной ответственности, устойчивому развитию и социальному предпринимательству Российского союза промышленников и предпринимателей Елена Феоктистова, по ряду целей, таким, например, как образование и рынок труда, у России изначально были высокие показатели.

Ниже всего международные эксперты оценили достижения России по сохранению морских экосистем, построению миролюбивых и открытых обществ и обеспечению доступа к правосудию.

В аутсайдерах и обращение с отходами. «Доля разделенных отходов в процентах от общего количества собираемых отходов все еще мала и не может быть сравнена с такими уровнями, как 70% в Великобритании. Однако не следует забывать, что Великобритании потребовалось 60 лет, чтобы достичь нынешних уровней», — говорит председатель Совета по экологическому строительству RuGBC Гай Имз.

По мнению чиновников, недостаточно высокая позиция России в SDG Index объясняется его методологией. Уровень достижения Россией целей устойчивого развития на фоне других стран они в целом считают достаточно высоким. «SDG Index не обладает официальным статусом и вызывает у многих стран вопросы к методологии и подбору данных. Кроме того, составление единого индекса достижения ЦУР в противовес «приборной панели» показателей не позволяет нюансированно оценивать особые условия в странах с различным уровнем развития», — объясняет директор департамента многостороннего экономического сотрудничества и специальных проектов Минэкономразвития РФ Наталья Стапран.

По мнению координатора Коалиции гражданского общества за устойчивое развитие страны Нели Рахимовой, основная проблема в реализации ЦУР в России — отсутствие приверженности этой идее у государства. «Повестка-2030» вступила в действие 1 января 2016 года, и только сейчас были сделаны первые шаги в этом направлении: создан Cовет по устойчивому развитию при Минэкономразвития, назначен специальный представитель президента по связям с международными организациями — Анатолий Чубайс. При этом многие чиновники не знают о ЦУР или не понимают, как работать с этой повесткой. Государство в первую очередь ответственно за достижение ЦУР в стране, оно должно реализовывать повестку, а бизнес и гражданское общество могут оказывать поддержку, добавляет эксперт.

От деклараций к практике

Прошлый год стал переломным с точки зрения реализации целей устойчивого развития. «Юридически Россия следовала международной доктрине устойчивого развития с начала 1990-х годов, однако до недавнего времени это происходило больше на декларативной основе, — считает Гай Имз. — Сейчас государственная политика в отношении окружающей среды изменилась — поднялась с министерского до президентского уровня».

Одной из причин стала ратификация Парижского соглашения по климату в 2019 году. В 2021 году Госдумой был принят в первом чтении главный «климатический» законопроект — «Об ограничении выбросов парниковых газов». В Сахалинской области был запущен эксперимент по установлению регионального углеродного регулирования с перспективой выхода региона на углеродную нейтральность.

Летом прошлого года Россия представила в ООН первый Добровольный национальный обзор по реализации Россией ЦУР, а также первый Гражданский обзор. «Подготовка обзора позволила понять, что движение к целям нужно институционально организовывать, что хаотичное движение, какое происходило до сих пор, непродуктивно», — говорит Елена Феоктистова.

О расширении интереса к реализации целей ООН в России может говорить и подписание в 2020 году президентского указа «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года». В Минэкономразвития считают, что новые общенациональные цели, национальные проекты и государственные программы фактически направлены на достижение ЦУР. «Задача установить и закрепить эти соответствия на формальном уровне будет решаться по мере обновления инструментов планирования», — констатирует Наталья Стапран.

Однако не все эксперты с этим согласны. «У нас нет документа, который бы напрямую связывал ЦУР и национальные цели. Такой документ позволил бы двигаться более целенаправленно», — считает Елена Феоктистова.

Есть вопрос и к тому, насколько полно национальные проекты покрывают цели устойчивого развития. «Если говорить о мусоросжигании, то подходы, выбранные государством, противоречат «Повестке-2030», так как не учитываются принципы циклической экономики, — считает Неля Рахимова. — Цели по борьбе с изменениями климата и сохранению и рациональному использованию океанов, морей и морских ресурсов вообще никак не отражены в нацпроектах, но при этом есть другие документы, которые эти цели покрывают. Главная проблема заключается в том, что эти документы не взаимосвязаны, что приводит к дисбалансу и не дает системно продвигаться».

Как сообщили в Минэкономразвития, перед Россией не стоит задача полного национального переформатирования целеполагания под рамки ЦУР. Национальные подходы отвечают целям и принципам «Повестки-2030», однако есть задача адекватной репрезентации этих подходов в терминах, принятых на международном уровне, считают в министерстве.

По словам экспертов, еще одна проблема связана с тем, что в российских нацпроектах приоритет отдается экономическому росту, в то время как экологическое и социальное развитие играют второстепенную роль. По мнению Гая Имза, приоритет экономического роста над двумя другими элементами устойчивого развития — глобальная проблема: «Я думаю, что настоящее испытание для правительств, в том числе для России, — это вообще отказаться от навязчивой идеи экономического роста».

Бизнес на передовой

Крупные российские компании включились в реализацию ЦУР раньше государства. Чтобы сохранить конкурентоспособность и доступ к инвестициям, работающим на глобальном рынке компаниям пришлось изменяться и следовать международному тренду на социально-экологическую ответственность.

По словам директора по связям с общественностью компании «Технониколь» Екатерины Ракитской, потребители уже сейчас делают акцент на экологичности и ответственности юрлиц. Со временем для многих это станет ключевым элементом при выборе продуктов и услуг. Кроме того, удовлетворение базовых потребностей сотрудников и повышение качества их жизни способствуют развитию и росту бизнеса.

В Минэкономразвития считают, что крупный российский бизнес часто занимает лидерские позиции по внедрению ЦУР. «Компания АЛРОСА — один из мировых лидеров по реализации и обновлению стандартов ответственного ведения бизнеса в области минералов и драгоценных металлов. Компания «Русал» по праву гордится своей маркой чистого алюминия, чей углеродный след в несколько раз ниже, чем в среднем по отрасли. «ФосАгро» и «Сахалин Энерджи» имеют высокий статус Lead в Глобальном договоре ООН — крупнейшем объединении бизнеса вокруг ЦУР», — говорит Наталья Стапран.

Директор департамента устойчивого развития госкорпорации «Росатом» Полина Лион рассказала, что первые вопросы о приверженности компании устойчивому развитию со стороны европейских заказчиков стали появляться еще десять лет назад: «Каждый год со стороны Европы эти требования оформлялись все четче, появились формализованные опросники, потом представители наших зарубежных партнеров стали приезжать с аудитом на тему проверки устойчивости производства и всей цепочки поставок».

Несколько кейсов «Росатома» связано со строительством ветроэлектростанций. «У международных глобальных компаний, имеющих производство в России, есть единые требования — в частности, брать энергию из чистых источников. Хотя атомная энергия не имеет прямых выбросов СО₂ и по жизненному циклу похожа на ветроэнергетику, в мире ее принимают не очень хорошо, а ветроэнергетику с удовольствием покупают», — объясняет Полина Лион.

Дочерняя компания «Росатома» «НоваВинд» в 2020 году провела сделку по привлечению «зеленого» кредита на строительство ветропарка. «НоваВинд» взяла на себя обязательства по рекультивации земель, обеспечению объема мощности и по обязательной доле поставщиков, сертифицированных по ISO (серия стандартов, подтверждающих движение компании в сторону устойчивого развития), в результате чего получила по этому кредиту скидку на процентную ставку.

Социальные и экологические проекты «Сахалин Энерджи» вошли в первый российский Добровольный национальный обзор хода осуществления «Повестки-2030». С 2006 года в Сахалинской области реализуется план содействия развитию коренных малочисленных народов Севера, основанный на принципе партнерства между бизнесом, коренным сообществом и правительством области. «За время работы «Сахалин Энерджи» профинансировала более 900 проектов в сфере развития потенциала, образования, охраны здоровья, сохранения и изучения языков коренных народов, традиционной культуры, развития национальных хозяйств. Реализация инициатив оказала положительное влияние на их экономическое положение, а также на поддержку традиционных видов хозяйственной деятельности», — говорит начальник департамента корпоративных отношений «Сахалин Энерджи» Наталья Гончар.

Цели в области устойчивого развития включают в себя ряд задач, ответственность за выполнение которых ложится на промышленные компании, считает Екатерина Ракитская. Предприятия в России сейчас несут затраты, связанные с утилизацией коммунальных отходов и оплатой экологического сбора, тогда как рециклинг вторичного сырья позволяет им претендовать на льготы по уплате экологического сбора.

«Сдача вторсырья в переработку и возвращение технологических потерь в производство выгодны для компаний. В первом случае компании получают за это деньги. Например, доход компании «Технониколь» от обращения с твердыми коммунальными отходами в 2020 году составил более 10 млн руб. Во втором — экономию сырья и природных ресурсов. Так, на рециклинг одной тонны полистирола требуется меньше 10% от той энергии и воды, которые были потрачены на производство первичных гранул», — резюмирует Екатерина Ракитская.

От первого лица «Мы лично заинтересованы, чтобы вода и воздух в Тольятти были чистыми»
Скачать Содержание
Закрыть