Решения ,  
0 
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.

Компании сделали ставку на человеческий фактор

Фото: Getty Images Russia
Фото: Getty Images Russia
С экологических программ акцент у многих российских предприятий в пандемию сместился в сторону социальной активности и заботы о сотрудниках. Зарубежные компании делают то же самое, но не забывают о защите природы.

Более половины (51%) членов советов директоров российских компаний отмечали, что стали посвящать больше времени на заседаниях обсуждению вопросов устойчивого развития, говорится в исследовании, проведенном компанией PwC в 2019 году.

Общемировой тренд, когда рассчитывать на привлечение инвестиций могут предприятия с хорошей экологической, социальной и управленческой репутацией (то есть соответствующие ключевым ESG-принципам), до последнего года набирал обороты. Так, объем активов в глобальных ESG-фондах с конца 2019 года вырос более чем на 50%, превысив $1,3 трлн, говорится в отчете за 2020–2021 годы Института международных финансов (IIF).

Среди «зеленых» энергетиков даже появились рекордсмены. Так, американский биржевой фонд Invesco Solar, среди основных активов которого два производителя солнечной энергии для жилых домов — компании Enphase Energy и Sunrun, подорожал к началу января 2021 года на 238%, заняв первое место в рейтинге биржевых и паевых фондов США, инвестирующих в акции, приводит данные Morningstar.

Приоритеты поменялись год назад в связи с пандемией. У российских компаний экологические цели устойчивого развития были замещены необходимостью решения оперативных социальных проблем — и собственных сотрудников, и в регионах присутствия.

В поисках новых ориентиров

Но концептуальные сложности при решении «зеленых» задач отмечались и до пандемии. Решая вопросы улучшения экологической обстановки, большинство российских компаний опасались ставить долгосрочные цели. «Отчасти это объясняется тем, что до масштабных экологических программ мы еще не доросли, — считает руководитель направления «Нефть и газ» хедхантинговой компании Cornerstone Владислав Быханов. — Это как четвертая промышленная революция (Индустрия 4.0), в которой мы никак не можем оказаться, так как не прошли еще третью».

Характерный пример: «Северсталь» поставила перед собой цель до 2023 года сократить вредные выбросы на 3% и сейчас работает над среднесрочной целью. «Мы изучаем вопрос и о долгосрочных целях, но с осторожностью относимся к заявлениям, не подкрепленным конкретными программами», — говорит советник гендиректора компании по устойчивому развитию Наталья Поппель.

PepsiCo в начале 2021 года объявила о плане удвоить собственные результаты в области сохранения климата, фокусируясь на снижении к 2030 году выбросов парниковых газов на 40%, а к 2040 году обязалась прийти к нулевому уровню этих выбросов, рассказывает директор по коммуникациям PepsiCo Россия, Белоруссия, Украина, Кавказ и Центральная Азия Александр Костиков. Достигать новых показателей компания планирует за счет продвижения практик регенеративного сельского хозяйства, продолжает он. Эта мера позволит снизить вредные выбросы в сельском хозяйстве, сохранить здоровье и качество почв, сократить вырубку лесов, увеличить производительность фермерских хозяйств, перейти на «зеленые» низкоуглеродистые удобрения.

Ставя перед собой цели по сокращению выбросов парниковых газов, западные компании стремятся соответствовать сценарию непревышения глобальной температуры на 2°С, констатирует директор по устойчивому развитию «Сибура» Максим Ремчуков. При этом российские компании пока существуют в условиях отсутствия национального климатического регулирования и не располагают стимулами к сокращению выбросов парниковых газов, за исключением давления со стороны инвесторов, клиентов и международных конкурентов, добавляет он.

Если говорить об экологических рисках, то управление ими чаще сводится к мероприятиям, необходимым для того, чтобы не было претензий со стороны надзорных органов или чтобы не случалось экологических катастроф, подтверждает партнер компании «Экопси консалтинг» Григорий Финкельштейн: «А вот комплексная забота об окружающей среде в программах отечественных предприятий в большинстве случаев не отражена совсем».

Желание привлечь крупных зарубежных инвесторов — далеко не единственный мотив для компаний, которые активно развивают ESG-практики. «Программы устойчивого развития стали своего рода поиском национальной идеи, новых духовных скреп, — рассуждает Владислав Быханов. — Экология, социальная ответственность, устойчивый менеджмент — все это в каждой организации было и раньше. Но сейчас ситуация напоминает борьбу за голоса избирателей на выборах».

При этом компании, запуская экологические и социальные проекты, борются еще и за сотрудников — существующих и потенциальных, добавляет Владислав Быханов: «Для корпораций в ESG-программах есть эффект новизны, а тему экологии оказалось до поры до времени легко продавать сотрудникам, особенно молодому поколению, которое хочет не просто зарабатывать деньги, а делать это со смыслом».

Фото: пресс-служба

Актуальная цель

Программы по устойчивому развитию в России сегодня действительно работают в основном в социальной части; в разгар коронакризиса компании еще больше активизировались в этом направлении, объясняет Григорий Финкельштейн.

«Во всех 14 регионах присутствия мы реализуем около 200 социальных проектов», — рассказывает заместитель генерального директора СУЭК Сергей Григорьев. В разгар пандемии коронавируса компания обеспечивала больницы оборудованием и средствами индивидуальной защиты, помогала медикам с питанием и организацией комфортных условий труда, подчеркивает он.

«В прошлом году заботы о благополучии людей действительно встали на первый план, — говорит Александр Костиков. — В 2020 году мы выделили более $45 млн на помощь для борьбы с COVID-19 и предоставили свыше 50 млн продуктовых наборов для людей по всему миру».

В реализацию мероприятий по борьбе с коронавирусом на площадках компании «Северсталь» было инвестировано свыше 1,5 млрд руб., рассказывает Наталья Поппель. А для поддержки населения в регионах присутствия направлено более 2,5 млрд руб., добавляет она.

«Вызванные пандемией COVID-19 последствия показали, насколько важны надежные и бесперебойные каналы телекоммуникаций», — отмечает директор департамента внешних коммуникаций и корпоративной социальной ответственности «Ростелекома» Юлиана Соколенко. По ее словам, в ходе реализации программы «Цифровая экономика» к 2020 году компания обеспечила высокоскоростной связью более 8 тыс. лечебно-профилактических учреждений, а также более 7 тыс. удаленных социально значимых объектов в 44 регионах России.

«Первостепенное значение действительно приобрели такие аспекты, как здоровье и безопасность работников, поддержка системы здравоохранения в регионах присутствия, изменение условий сотрудничества с поставщиками, включая предприятия малого и среднего бизнеса», — добавляет Максим Ремчуков.

При этом он убежден, что опыт, который получили компании в пандемию, — а именно то, как они смогли адаптироваться к изменениям и перестроить подходы к социальным аспектам, — будет учитываться всеми заинтересованными сторонами в бизнесе: «Вероятно, инвесторы и банки вскоре введут новые ESG-показатели и критерии для сравнения действий компаний».

Заграничный тренд

За рубежом отмечается едва ли не противоположный тренд: пандемия коронавируса стимулировала интерес иностранных участников рынка к проблеме глобального изменения климата.

Kрупные европейские нефтегазовые структуры перенаправили большую часть своих денежных средств на проекты в области «зеленой» энергетики, сообщило в середине мая 2020 года Reuters. Пять европейских производителей — BP, Shell, Total, Eni и Equinor — решили сократить инвестиции в нефтегаз и в период локдауна сделали ставку на возобновляемую и низкоуглеродную промышленность.

В прошлом году BP решила сохранить ранее запланированные расходы в размере $500 млн на низкоуглеродные инициативы, при этом остальные расходы — сократить на 20%, таковы данные Reuters со ссылкой на финансового директора BP Мюррея Аучинклоса.

Гендиректор Shell Бен ван Берден 30 апреля 2020 года заявил журналистам в ходе телефонной конференции, что от значительного сокращения бюджета он также хочет «избавить» подразделение New Energy, которое специализируется на возобновляемых источниках энергии и низкоуглеродных технологиях.

Еще одна компания — Total — в прошлом году планировала потратить ранее запланированные $1,5–2 млрд на бизнес, имеющий низкий уровень выбросов углерода, несмотря на то что общие расходы на 2020 год она была намерена сократить, по разным оценкам, на $3–15 млрд, сообщало агентство Reuters.

«Зеленые» инициативы внедряет и средний бизнес. «Одна небольшая американская сеть отелей, для HR-отдела которой мы разрабатывали тесты способностей и оценки ситуаций, до пандемии планировала внедрить технологии, позволяющие получать электричество и тепло от энергии солнца, — рассказывает гендиректор консалтинговой компании HR-UP Иван Канардов. — В локдаун проект был приостановлен, но, поскольку сейчас спрос высок (все отели сети забронированы на 90%), компания продолжит работать над программой».

Компетенция «Надо бережливо относиться к окружающей среде, снижая углеродный след»
Скачать Содержание
Закрыть