Эффект затяжного воскресенья
Материалы выпуска
Есть ли глобализация после коронакризиса Решения «Европа может добиться независимости от импорта минерального сырья» Инновации «Требуется новый подход к цифровизации промышленной безопасности» Компетенция «Если не целиться на мировой рынок, прорыва не совершить» Компетенция «Как финтеху, так и агротеху нужно больше инноваций в сфере b2b» Решения «Компании за пять минут регистрировали аккаунты и начинали торговать» Инструменты «Чем больше вложим в технологии сегодня, тем больше заработаем завтра» Компетенция Эффект затяжного воскресенья Рынок Лизинг выезжает из кризиса Рынок «Стоп-факторы важно вовремя включать и так же вовремя выключать» Компетенция
Рынок
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска

Эффект затяжного воскресенья

Последствия COVID-19 для электроэнергетики эксперты сравнили с масштабом Второй мировой войны.
Фото: Getty Images Russia

В период первой волны пандемии COVID-19 и введения разными странами мер изоляции спрос на электроэнергию в «месяцы полной блокировки» сокращался на 20%, говорится в IEA Global Energy Review — 2020 (Глобальном энергетическом обзоре Международного энергетического агентства, МЭА). В течение нескольких недель форма спроса напоминала затянувшееся воскресенье, когда потребление электричества традиционно падает, характеризуют ситуацию авторы исследования. Снизилась потребность почти во всех источниках генерации электроэнергии, включая уголь, газ и атомпром, что имело негативные последствия для структуры энергоснабжения. «Падение потребления электроэнергии в периоды локдаунов было самым большим со времен Второй мировой войны», — комментирует директор практики консультационных услуг компаниям сектора электроэнергетики и ЖКХ PwC в России Дмитрий Стапран.

Традиционные источники и ВИЭ: в разных лодках

Воздействие COVID-19 на энергосектор в 2020 году более чем в семь раз превзойдет влияние финансового кризиса 2008 года, отмечается в материалах МЭА. Согласно прогнозам агентства, по итогам 2020 года мировой спрос на электроэнергию упадет на 5%, а в некоторых регионах — на 10%. В частности, в США потребление электричества предположительно снизится на 4,8%, в Европе — на 8,2%, в Индии — на 5,7%, в Китае — на 3%.

Наибольший урон, по прогнозам аналитиков, понесет угольная генерация. Здесь снижение по итогам года предположительно составит около 300 млн т нефтяного эквивалента, говорит Дмитрий Стапран. За ней следует газовая генерация (около 170 млн т). Атомная генерация практически не была затронута в связи с особенностями режима работы — атомные станции сложно заглушить, отмечает эксперт.

Потребление угля в мире последовательно сокращается: в 2019 году его объемы в мире, по данным международной независимой информационно-консалтинговой компании Enerdata, составили около 7,5 млрд т, а выработка электроэнергии на угольных электростанциях (36% от общемирового производства по всем источникам энергии в прошлом году) сократилась на 3,5%. Это происходило на фоне роста выработки электроэнергии из газа (плюс 3,2%), ядерного топлива (плюс 3,6%), ветра (плюс 12%) и солнечного излучения (плюс 24%). Рекордное снижение спроса на уголь было зафиксировано в Евросоюзе — на 18%. В этом году, по прогнозам МЭА мировой спрос на уголь может сократиться на 8%, причем от большего падения его спасает только восстановление производства в Китае.

Потребление электроэнергии снижается вслед за падением экономической активности, хотя и не находится в прямой зависимости от ВВП, делают вывод в своих исследованиях аналитики Enerdata. По их версии, на фоне сокращения мировой экономики в 2020 году предположительно на 4,5%, потребление энергии уменьшится на 5,9%. По итогам прошлого года, по данным Статистического ежегодника мировой энергетики от Enerdata, производство электроэнергии составило почти 27 тыс. ТВт·ч (тераватт-часов), потребление превысило 23 тыс. ТВт·ч.

Единственным сегментом, увеличившим выработку, является альтернативная энергетика. Аналитики МЭА подсчитали, что в текущем году установленная мощность возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в мире увеличится на 4% и достигнет рекордных 200 ГВт (гигаватт), в основном за счет введения новых мощностей в США и Китае. Французская ассоциация Syndicat des Energies Renouvelables (SER) в конце ноября также сообщила, что общая мощность ВИЭ во Франции (ветровая, солнечная, гидроэнергетика и биоэнергетика) достигла 55,3 ГВт. Солнечная генерация превысила рубеж в 10 ГВт — это половина от целевого показателя Многолетнего энергетического программирования (PPE) на 2023 год. Ветровая мощность достигла 17,2 ГВт (71,5% от целевого показателя), мощность биоэнергетики – 2,15 ГВт. Такая ситуация с ВИЭ естественна, так как это дешевая генерация, которая не требует затрат на сжигание ископаемого топлива, отмечает Дмитрий Стапран: «Это, кстати, важный сигнал для инвесторов — ВИЭ сейчас показывает не только хорошую доходность, но и крайнюю устойчивость к внешним шокам».

Хорошей новостью является то, что в результате снижения спроса на электроэнергию глобальные выбросы углекислого газа (CO2) сократятся на 8%, или почти на 2,6 Гт (гигатонны)  — до уровней десятилетней давности, прогнозируют в МЭА. Однако в своих отчетах аналитики агентства призывают не обольщаться этими цифрами. «Впоследствии, как и после предыдущих кризисов, рост выбросов может превзойти текущее снижение, если волна инвестиций для перезапуска экономики не будет направлена на более чистую и устойчивую энергетическую инфраструктуру», — предупреждают в МЭА.

С коллегами солидарны и в Enerdata: «Сокращение выбросов CO2 в 2020 году является историческим, но к нему следует относиться со скептицизмом: в основном это прямой результат экономической рецессии и политики самоизоляции во время санитарного кризиса». Снижение выбросов CO2 может прекратиться уже в 2021 году — в зависимости от интенсивности восстановления экономики и мобильности населения, сообщается в отчетах компании.

Там же говорится о том, что увеличение доли ВИЭ в энергобалансе на горизонте ближайших постпандемийных лет может носить временный характер: «В лучшем случае он (спрос на альтернативную генерацию. — РБК+) вернется на прежнюю траекторию, а в худшем — замедлится, в зависимости от того, снизят ли игроки свои инвестиции в этой области». С учетом низких цен на традиционные энергоносители экономическая целесообразность ВИЭ сейчас не так актуальна, соглашается директор департамента аудиторских услуг «Делойт», СНГ Александр Губарев. При этом он уточняет, что чистая энергетика — это требование современной культуры и направление развития будущего отрасли.

К зиме все равно готовы

Российская электроэнергетика не осталась в стороне от ключевых мировых трендов. В октябре Александр Новак, тогда министр энергетики РФ, а ныне зампред правительства, на заседании Комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам сообщил, что по итогам девяти месяцев снижение потребления в Единой энергосистеме составило около 2,3% и до конца года ожидается сохранение этой динамики. К середине ноября, как говорится в ежемесячном отчете Банка России, потребление электроэнергии сократилось на 2,7% в годовом выражении и продолжает снижаться. В ЦБ РФ объясняют это стагнацией производственной активности и усложнением эпидемической обстановки. Ранее СМИ со ссылкой на прогнозы Минэкономразвития писали, что по итогам 2020 года потребление электроэнергии в нашей стране может снизиться на 3,6%, до 1,078 трлн кВт·ч.

На этом фоне, по словам Дмитрия Стапрана, сократились доходы российских энергетиков, что привело к необходимости оптимизировать как операционные, так и инвестиционные затраты: «Инвестиции точно придется приоритизировать — сроки окупаемости увеличиваются, доходность снижается, импортные поставки оборудования задерживаются, возникает неопределенность на стороне потребителя — а не обанкротится ли он».

Пандемия негативно отразилась на энергетическом сегменте, причем как на генераторах, так и на распределительных компаниях, привела к падению выручки и прибыли большинства предприятий сектора, подтверждает эксперт компании «БКС Мир инвестиций» Дмитрий Пучкарев. «По итогам промежуточных финансовых результатов в 2020 году наблюдается ухудшение показателей «Интер РАО», ТГК-1, «Мосэнерго», ФСК «ЕЭС», «Россетей» и большинства межрегиональных распределительных сетевых компаний (МРСК). Дивидендные политики всех отмеченных компаний привязаны к чистой прибыли, поэтому вполне вероятно, что размер дивидендных выплат снизится», — говорит эксперт. При этом он отмечает, что некоторые компании менее остро переживают пандемию, в частности, «РусГидро» и МРСК Центра и Приволжья с высокой вероятностью могут увеличить дивиденды за 2020 год.

Кризис, как отмечает Дмитрий Стапран, заставил российские энергетические компании искать новые источники дохода: «Это не только развитие направлений, связанных с основным бизнесом — заправки для электротранспорта, распределенная генерация, но и выход в смежные сегменты — телеком, энергоэффективность, монетизация клиентской базы энергосбытов через продажу дополнительных товаров и услуг и т.д.».

Кроме того, эксперт PwC считает, что ситуация, связанная с пандемией, точно подтолкнет энергетические компании к усилению цифровой трансформации. «Потенциал экстенсивного сокращения затрат практически исчерпан. Без изменения процессов, в первую очередь на основе анализа точных данных о состоянии оборудования, двигаться дальше будет невозможно», — говорит Дмитрий Стапран.

При этом все опрошенные РБК+ эксперты уверены, что вопреки коронакризису российская электроэнергетика полностью готова к начавшейся зиме. «Еще с советских времен наша страна унаследовала достаточно устойчивую и надежную энергосистему. Несмотря на то что точечно наблюдаются сбои, в том числе из-за погодных условий, запас прочности энергетики по-прежнему очень высок», — говорит Александр Губарев. В плане готовности к зиме российская энергетика всегда была на высоте, надежность — второе имя нашей энергосистемы, подтверждает Дмитрий Стапран: «Другое дело — достигается ли эта надежность оптимальным способом, например, значительным уровнем резерва мощностей».