От первого лица ,  
0 

«В любой ситуации банк должен оставаться бизнес-партнером клиента»

Фото: пресс-служба
Фото: пресс-служба
О том, как российские банки и банковская система в целом адаптируются к новой геополитической и экономической реальности, РБК+ рассказал председатель правления Реалист Банка Владимир Эльманин.

— Как вы оцениваете уровень устойчивости российских банков к геополитической обстановке и международным санкциям?

— В целом российская банковская система постепенно адаптируется к введенным международным ограничениям. При этом ряд из них, конечно, весьма болезненно отразился на некоторых игроках рынка, связанных с внешнеэкономической деятельностью (ВЭД). Так, одностороннее массовое закрытие зарубежными банками прямых корсчетов в евро после 24 февраля одномоментно затормозило расчеты с иностранными контрагентами в этой валюте — банкам пришлось в срочном порядке перегруппировываться, выстраивать новые цепочки расчетов. Самое неприятное, что эти санкции больнее всего бьют даже не по самим банкам, а по их клиентам, включая компании малого и среднего бизнеса (МСБ), людям, которые там заняты.

Безусловно, трудности вызвало и то, что российские банки лишились доступа к западным рынкам капитала. Хотя замечу, что для малых и средних банков это стало меньшей проблемой, чем для крупных. Реалист Банк, например, и раньше никогда особенно не рассчитывал на внешние заимствования, используя главным образом возможности для фондирования внутри страны. Мы традиционно ориентируемся на наших вкладчиков, которым дали привлекательную рыночную ставку, а также убедили в своей надежности и стабильности.

Очень важную позитивную роль для устойчивости банковского сектора сыграло своевременное создание и развитие Национальной системы платежных карт и Системы быстрых платежей (СБП). Это позволило совершенно безболезненно пережить уход из РФ международных платежных систем, и процесс перехода для жителей нашей страны был абсолютно бесшовным.

Считаю, что вектор, который задает Банк России в части развития отечественной платежной инфраструктуры, абсолютно верный. Та же СБП, на мой взгляд, является прекрасным примером работы регулятора не только с точки зрения создания внутристрановой конкуренции с глобальными платежными системами, но и в плане создания очень удобного сервиса для потребителей.

— Какой главный урок мы получили в результате?

— На мой взгляд, самый главный вывод из текущей ситуации: любая система демонстрирует свою эффективность не тем, что она всегда работает без сбоев (давайте будем честны — таких систем нет), а как она реагирует на эти сбои, как учится и перестраивает свои процессы. Санкционный кризис показал, что чем больше опций и звеньев в банковской системе, тем она гибче. Например, уже больше года мы совместно с Ассоциацией региональных банков России (ассоциация «Россия») и комиссией по поддержке региональных банков при ТПП РФ обсуждаем с регулятором вопрос снятия ограничений на открытие корреспондентских отношений с зарубежными контрагентами для банков с базовой лицензией. Хотя Реалист Банк имеет универсальную лицензию и данного ограничения у нас нет, мы понимаем, что его отмена поможет стать всей российской банковской системе более гибкой. Сейчас соответствующий законопроект принят, но это послабление носит временный характер. С точки зрения банковского сообщества, данную норму можно было бы сделать и постоянной, однако сам факт принятия закона, по моему мнению, уже является прекрасным примером правильной реакции регулятора и банковского сообщества на критичные внешние воздействия. Вместе с тем, если бы обсуждаемые нормы были введены еще до начала санкционной войны, во время того же отключения прямых корсчетов в евро банки с базовой лицензией имели бы гораздо больше возможностей для перестройки и проведения расчетов.

— Как ваш банк переживает нынешнюю ситуацию?

— Мы еще в начале года разработали специальный план по обеспечению непрерывности бизнеса, и он оказался актуальным для того, чтобы реагировать на новые вызовы. Как результат — своевременно провели передислокацию комиссионных продуктов, расширили линейку услуг для участников ВЭД. Сейчас мы продолжаем перестройку корреспондентской сети, увеличивая долю расчетов в валютах дружественных стран по внешнеторговым операциям, открытию корсчетов в банках тех государств, которые лояльны по отношению к России, — это Китай, Индия, Монголия, Турция, страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Кроме того, мы активнее стали работать с золотом, поскольку клиенты в условиях волатильности на рынках предпочитают уходить в «тихие гавани», к которым относятся и драгоценные металлы. Золото традиционно считается одним из наиболее надежных инвестиционных инструментов, который приобрел дополнительную привлекательность после отмены с 1 марта 2022 года НДС (20%) на покупку драгоценных металлов физическими лицами. Мы наблюдаем сейчас очень высокий спрос на золотые слитки со стороны наших клиентов.

Вместе с тем надо сказать, что, когда в конце февраля ЦБ резко повысил ключевую ставку до 20% годовых, банкам пришлось очень туго — клиенты, даже те, у кого срочный вклад еще не закончился по старой ставке, приходили и досрочно разрывали договор, теряя проценты и тут же перекладывая его в кредитные организации, которые давали «новый» повышенный процент. Мы прекрасно понимали, что если не будем предлагать повышенную ставку нашим клиентам, то просто растеряем депозитную базу. Но для того чтобы заплатить большие ставки, нужно откуда-то взять деньги на их оплату. Вот такие жесткие правила экономической игры, и тут ничего не поделать.

— И за счет чего удалось повышать ставку?

— Переложить часть расходов, возникших в связи с ситуацией, которая происходила на рынке, пришлось, увы, на наших заемщиков. Мы этого не скрываем, поскольку считаем, что банку важно быть честным со своими клиентами. Повышение процента по кредитам было очень тяжелым решением, мы внутри обсуждали каждый отдельный продукт, где это необходимо сделать, а где нет. Безусловно, данное решение не обрадовало наших клиентов-заемщиков, но мы провели со всеми индивидуальную работу, пояснили причины такого непопулярного шага, и, как только ЦБ стал снижать ставку, мы оперативно приняли решение о зеркальных действиях в интересах клиентов. Это и есть принцип партнерства в бизнесе, и он проявляется не только в ставках, мы должны досконально понимать бизнес клиента и помогать его развитию именно как бизнес-партнер. Например, прогнозируя вероятность потенциальной заморозки долларовых расчетов в ВЭД, мы рекомендовали клиентам выйти из доллара, перевести свои счета в рубли, юани, другую валюту, позволяющую снизить риски. И практически все клиенты к нам прислушались.

— Какие изменения произошли в продуктовой линейке Реалист Банка с учетом нынешней ситуации?

— Реалист Банк уже более 30 лет работает на финансовом рынке. Одними из наших флагманских направлений традиционно являются компетенции в кредитовании недропользователей и торговые операции с драгоценными металлами. Согласно оценкам отраслевых экспертов, Реалист Банк входит в топ-10 российских банков по объемам покупки золота у золотодобывающих предприятий. Планируем закрепить и усилить наши позиции в данном сегменте.

Принимая во внимание международный контекст, наш банк разработал комплексное решение с выгодными тарифами для участников ВЭД, которое обеспечивает эффективную поддержку бизнеса в условиях антироссийских санкций.

У нас есть новые продукты в сфере лизинга и автокредитования. Учитывая современные условия и запрос со стороны бизнеса, Реалист Банк увеличил лимит финансирования по продукту «Экспресс-Лизинг» с 20 млн до 30 млн руб. Мы также значительно расширили перечень финансируемой техники и готовы предоставлять в лизинг не только легковой и грузовой транспорт, но и сельскохозяйственную, строительную, лесозаготовительную, портовую технику зарубежного и российского производства.

Недавно мы запустили услугу платежей по QR-коду через СБП с очень привлекательным для малого и среднего бизнеса тарифом — до 0,6%. В целом мы понимаем, что наш ключевой клиент — это МСБ, и наша ближайшая задача — внедрение новой линейки привлекательных продуктов для данного сегмента, конкуренция с другими банками именно на этом поле, в том числе за счет скорости принятия решений и внимательного учета индивидуальных потребностей каждого клиента.

— Насколько, на ваш взгляд, сохранит актуальность в условиях санкций один из ключевых трендов последних лет в финансовом секторе — внедрение принципов ESG (англ. environmental — экология, social — социальное развитие, governance — корпоративное управление)?

— Давайте честно. Банк — это прежде всего бизнес. Это про такие «скучные» вещи, как ROE, резервы, бюджеты проектов. Особенно это важно для средних и малых банков, которые вынуждены выживать в жестких конкурентных условиях. Тема устойчивого развития, безусловно, является очень интересной, но ESG не должно быть только ради ESG. Иначе это просто профанация ради красивой презентации для акционера.

По моему мнению, мы должны идти к ESG через трансформацию внутренней культуры банка, органичное постепенное осознание важности экологических, гуманитарных, социальных тем. Мы, в частности, начали с того, что в этом году стали укреплять и трансформировать менеджерский корпус банка, включив в совет директоров независимого директора с огромным опытом построения комплаенс-культуры и переформатирования контрольной среды в ряде российских и зарубежных банков. Заменили аудитора — привлекли компанию с большим репутационным весом на рынке, проводим иные действия по изменению внутренней среды в банке. Как следствие, это ведет к повышению уровня нашей оценки со стороны рейтинговых агентств, регулятора, клиентов и партнеров.

Тенденции Финансы нового поколения
Содержание
Закрыть